В Колыбель атеизма Гнездо атеизма Ниспослать депешу Следопыт по сайту

Глагольня речистая Несвятые мощи вече богохульского Нацарапать бересту с литературным глаголом

 
РУБРИКИ

Форум


Новости


Авторы


Разделы статей


Темы статей


Юмор


Материалы РГО


Поговорим о боге


Книги


Дулуман


Курс лекций по философии


Ссылки

ОТЗЫВЫ

Обсуждаемые статьи


Свежие комментарии

Непознанное
Яндекс.Метрика

Изгнание духа

Я сказал с арены, что мир изменился. Городскую стену растащили на кирпичи. Кругом мобильные телефоны, девочки в майках и эти - как их - автомобили... Но вновь звучит слово "дух" - слово, пахнущее нафталином. Вы прочитали три строки и уже можете "рассуждать": что нафталин вовсе не стар; что я спрашивал о внутренних изменениях, а дух как раз внутри...

Говорю прямо:

1. Есть тело и есть разум; нет места для духа, и духа нет.

2. Хоть его и нет, дух надо выгнать с пляжа: слова и дела ДОСТОЙНЫ слово и дело (тело и вещи).

О достоинстве речи и достоинстве тела. Тело, лижущее реквизит; на коленях на кафельном полу; голодное; зеленое, грязное; жирное, в халате - это известно. Недорасшифрованные тексты древности, сто раз перепереведенные и процензурованные - в виде священных "озвучиваемые" с амвонов; неграмотный бред совковых ачарьев - несомненно, слово - и тоже почитаемое как священное. Известно и это, но требует выяснения и достойно обсуждения. После слова "достоинство" в нашем разговоре появилось слово "почтение". "Почтение", "уважение", "ублажение" - я с сомнением взвешиваю на ладонях эти слова. Потом отряхиваю и умываю руки, которыми я буду касаться кожи женщин и гривы коня. Но сомнение остается: "почтение"... "Почитание", "прочитание", "прочтение"? То, что я считаю достойным быть в жизни не меньше любви, всякого дела и всякой игры? Предположение о не-достоинстве чтения укрепляет Ницше: "Еще одно поколение читателей - и сам дух начнет смердеть".

Это сказано о читателях - возможно, с писателями дело обстоит по-другому. Но так ли плохи читатели ? Чтение книги мало отличается от слушания песни; слушание - от пения; все это - от танца (который применяется для выбора партнера или для выполнения ритуала). Не-писательство относительно: повседневные словесные выражения и популярные песенки тоже вид литературы. Не перестаю удивляться большому числу "шлягеров". Видно, слова лучше всего подходят как раз для стихов.

Танец, предназначенный для выполнения ритуала. Ритуал, и невразумительное, поэтическое слово, и ритм - то, чем в какое-то время мы "познаем мир", или, вернее, относимся к миру. Всего лишь в какое-то время! Таков наш способ начинать познание. Ритуал и миф не враги, а стадии науки; в науке полно мифов и ритуалов. Мы все еще прочитываем мир так же, как прочитываем танец. И мы так недавно (и по неизвестной причине) начали думать.

Обоснованы ли разделения? "Мир" и его "читатель", "познание", "прочтение"; интерпретация и сочинительство; достоинство речи и достоинство тела. Вместе с Хайдеггером используем помощь самого языка, называющего "вещь" и "речь" одним словом. Для нас не-говорящее нам тело лишь предмет; говорящие вещи освещены светом жизни. Вещи освещаются вестью. Вещество о-существляется словом.

Где здесь смерть и где огонь? Ритуал осуществляет сожжение тех, чья весть опасна. Опасен даже включенный фонарик в пустой квартире; и я не хочу, чтобы для вас эти времена возвращались. Что о-существляется этим ритуалом? Сожжение о-существляет и о-веществляет новую вещь, отличную от бытовых речей и живого тела.

Я называю недостойными всякое евангелие и всякое одухотворение. Мы можем завоевать любовь и страну; придать камням форму собора; решить задачу и раскрыть обман. Вместо этого вы примысливаете к миру (вернее, осуществляете ритуалом) что-нибудь простое и "на шару" покорное: резиновую подругу; мысль, не требующую размышления; счастье, не требующее никаких усилий. Вы с помощью духовных занятий хотите попасть в какой-то другой мир, минуя этот. Ведь в вашем хилом теле содержится могучий дух! Есть другие моря и страны; другое мышление и другая свобода; существа с огнем на лице и среди них женщины, не похожие на маячащих в алкогольном бреду. И вправду "есть миры иные". Но как вы пройдете туда, не овладевшие травой и морем, и кто пустит туда вас, обремененных жиром и оскверненных должностями? Вы не можете прочитать эту книгу - эти лес и народ, но хотите читать те, что лучше - писать их? Или с вас достаточно тех, что легче? Другие миры еще впереди.

Интеллект (который я не отделяю от мира) ничего не может примыслить к миру. Это не противоречие, а скорее определение интеллекта; и он пока слаб. Мы не можем удержать в памяти и нескольких понятий. Мы забыли и не понимаем многое из того, что уже было открыто. Из того, что сказано ясно и вовсе не утеряно, мы помним лишь то, что случайно ухитрились понять (или это нам показалось). Но потом остаются уже только эти неполные мысли, недочитанные фразы. Мое беспокойство - видеть в старинных книгах не открытия, а всего лишь мудрость, или все тот же дух.

Мы пока еще запутываемся в словах. Не отличаем одних вещей от других; слов от вещей; подвластных слов от неподвластных вещей; неподвластности вещей от пока еще неиспытанной подвластности слов. Слово, бумага и членораздельная речь вызывают недоверие и страх (священный трепет).

Слово вызывает знакомую всем народную ненависть. Это подтверждает мое наблюдение: религия уже осознается как насилие. Представлять религию как имманентную человеческой природе общепринято и противоречит "социализму"; раньше это было просто добропорядочно. Думаю, что любая религия (а не только римская и греческая) - вполне осознаваемый официоз.

Хотим мы этого или нет, но среди вещей жизни есть меч. Утрачиваемую силу меча восполняют ложью слов. Слова, уличенные во лжи и бессмыслице, оправдывают скрытым могуществом духа. Недостойным словам уже не верят; их все меньше боятся; только одухотворенные писатель и (громко-)говоритель все еще - иногда - воспринимаются как представители сверх-естественных (тех, кто хочет быть важнее пути и мелочей вашей жизни).

Для кого я написал это эссе и что это за бой с ветряными мельницами? Я не высокомерен: писал для тех, кто еще одержим солитером духа - у меня тоже есть кое-какой дух.

Как изгнать то, чего нет? Речь может идти, очевидно, только о названиях. Я возвращаюсь в прекрасное время антракта, под стены Фромборка. С северной башни видны Балтийское море и пока еще пустой пляж. Так вот, я НАЗЫВАЮ достойными Олимпиаду тел и диспут умов: кто победил, тот вопреки своей слабости силен. Силой предшественников и собственной властью изгоняю с пляжа весь чистый и нечистый дух, и исправляю ошибку формулировки: он смердил не нафталином, а дустом.

Михаил Егоров
Посмотреть и оставить отзывы (0)


ПРОЕКТЫ

Рождественские новогодние чтения


!!Атеизм детям!!


Атеистические рисунки


Поддержи свою веру!


Библейская правда


Страница Иисуса


Танцующий Иисус


Анекдоты


Карты конфессий


Манифест атеизма


Святые отцы


Faq по атеизму


Новый русский атеизм


Делитесь и размножайте:




Исток атеизма Форум
Рубрики
Темы
Авторы
Новости
Новый русский атеизм
Материалы РГО
Поговорим о боге
Дулуман
Книги
Галерея
Юмор
Анекдоты
Страница Иисуса
Танцующий Иисус
Рейтинг@Mail.ru
Copyright©1998-2015 Атеистический сайт. Материалы разрешены к свободному копированию и распространению.