Духовность светская как высшая стадия духовности религиозной  


В Колыбель атеизма Гнездо атеизма Ниспослать депешу Следопыт по сайту

Глагольня речистая Несвятые мощи вече богохульского Нацарапать бересту с литературным глаголом


 
РУБРИКИ

Форум


Новости


Авторы


Разделы статей


Темы статей


Юмор


Материалы РГО


Поговорим о боге


Книги


Дулуман


Курс лекций по философии


Ссылки

ОТЗЫВЫ

Обсуждаемые статьи


Свежие комментарии

Непознанное
Яндекс.Метрика

Авторство: Кондрашин И.

Духовность светская как высшая стадия духовности религиозной


19.04.2012 Философия/Общество

Прежде чем приступить к ретроспективному перечислению этических воззрений, использовавшихся и используемых до сих пор для воспитательных целей разными народами, формировавшими и формирующими поколения человечества, хотелось бы внести ясность в спор, вот уже долгие столетия идущий между теми, кто молится Христу, Аллаху, Будде, Яхве, и теми, кто считает это предрассудком. Каждая сторона убеждена в своей правоте и в том, что противоположная находится в заблуждении. Кто же из них прав?

Прежде всего необходимо учесть, что в настоящее время в мире существует, как мы уже отмечали, более 400 теистических версий и лишь одна атеистическая (от франц. atheisme – безбожие < от греч. a – отрицание и theos – бог). Поэтому данный спор было бы правильней рассматривать с философской, строго научной точки зрения (ибо человечество уже в состоянии это сделать), используя уровни прогресса программ светского поведения, благодаря чему культурные феномены делятся на реликтовые, современные и обращенные в будущее, а также шкалу «постижения истины», т.е. исходя из того, что все знания о любом предмете вообще на пути к истине с течением времени проходят последовательно 4 фазы:

0) неведение о предмете –›1) первое представление о предмете понятия –›2) более углубленные знания (относительная истина) –›3) полные знания (абсолютная истина).

Сам предмет верования, означающий верить в кого или во что, как один из важнейших аспектов человеческого сознания включает в себя два направления знаний, как предметов верования. Это представления о внешнем и о внутреннем мирах, которые великий Кант сформулировал как «звездное небо надо мной и моральный закон во мне». Иными словами, это знания:

А. О мироздании.

Б. О системе ценностей и пороков, на основе которой вырабатываются нормы поведения.

Исходя из этого, предмет верования в течение последних тысячелетий и веков совершенствования сознания человечества претерпел следующие уровневые фазы своего развития:

0) Полное неведение. Относится к периоду, когда первобытные люди гонялись по лесам за мамонтами и вопрос о том, как устроен мир, их совсем не занимал. Система ценностей была самой примитивной, фактически варварской. Соответствующей была и культура поведения, да и сознание в целом. Этот период можно смело назвать примитивным атеизмом.

1) Первое представление о предмете. Устройство мира стало пониматься в разных вариантах как земной диск на трех слонах, китах и т.п. Система ценностей стала приобретать первые очертания, как действительно система, и в соответствии с ней строились нормы индивидуального и общественного поведения. Для этого периода характерно многобожие (бог солнца, бог воды, бог вина, бог войны, бог любви и т.д.) и множественность религий, известных как языческие. В это же время стали зарождаться азы светской идеологии. Языческие верования (суеверие) и первые светские идеи явились шагом вперед в сравнении с периодом дотеистического невежества.

2) Фаза относительной истиныпросвещенное верование. Устройство мира, созданного неким мифическим творцом (демиургом) якобы за 7 дней, приобрело вначале геоцентрическую модель (автор – Птолемей, I век н.э.), а затем, благодаря научным поискам Коперника, Галилея и Кеплера – гелиоцентрическую (XV-XVII вв.), т.е. стало развиваться и постепенно брать верх чувство реальности, глубоких логических научных суждений. Так и знания о человеке, сотворенного «создателем» якобы из ребра, стали активно пополняться научными открытиями в области медицины, а затем и генетики. Онтологическая модель зиждилась теперь на двух глобальных категориях: пространствевремени. Система ценностей еще более упорядочилась, к ней добавилась и система пороков (знаменитые 10 библейских заповедей, ставших позднее и христианскими, и прочие ценности со своей спецификой в каждой теистической версии). Повысился ценностный статус всего истинного – «Жить не по лжи», «Не в силе Бог, а в правде» и т.п.

В качестве подтверждения предлагаемого методологического подхода стоит упомянуть работу Канта «Религия в пределах только разума», вышедшую в 1794 г., в которой философ предложил подход к осознанию сущности религии, также исходя из принципа историзма.

Прежде всего Кант выделил первоначальное, безрелигиозное состояние общества. На этом этапе развития человечества, по его мнению, начали зарождаться нравственные требования, скрепляющие общество.

Затем Кантом выделен несовершенный тип религии, «богослужебный», когда люди пытались получить благосклонность, заступничество Бога путем почитания его, выполнения обрядов, действуя по правилу: «Я – Тебе свечку, Ты – мне благо». В этот период развития общества человек стремился стать благополучным, счастливым не столько своими силами, не делаясь лучше, сколько рассчитывая на чудо.

Третий этап – это религия разума, это чистая вера в добро, уверенность в своих возможностях стать моральным существом, умение не перекладывать ответственность на высшие силы. Тогда священник для всех – это уже как наставник, а церковь – место для полезных поучений, добрых наставлений. «Религия, – писал он, – есть познание всех наших обязанностей как божественных заповедей». К числу обязанностей по отношению к другим людям он относил любовь и уважение. Пороками, которые противостоят уважению, являются высокомерие, злословие и издевательство. Особенно подчеркивал Кант дружбу между людьми, основанную на взаимной любви и уважении. Он полагал, что добродетели необходимо учить и начинать это делать надо с ранних лет, наставляя ребенка в моральном катехизисе.

Политеизм просвещенного верования стал более регламентированным и организованным, более укрупненным. Теперь соперничество шло и до сих пор идет между несколькими основными религиями – христианством, исламом, буддизмом, иудаизмом, хотя и в них существуют непримиримые между собой разветвления: католичество, протестантство, православие, шииты, сунниты, ваххабиты и т.п.

Верование получило самый высокий ценностной статус. Так, в России солдаты на войне шли в бой и умирали за «веру, царя и отечество», т.е. вера стояла уже на первом месте.

Просвещенное верование, хотя и продолжало оставаться суеверным, однако, опираясь все более на научность, стало следующим шагом вперед в развитии человечества по сравнению с периодом языческого верования, переводя соответствующие феномены языческой культуры в разряд реликтовых.   

3) Последней, высшей фазе знания,  абсолютной истине, соответствует самое современное верование, т.е. тоже верование, но не имеющее ничего общего с суеверием, – просвещенный атеизм. Теория о мироздании, соответствующая ему, отвергает любого вида «творцов» и основывается только на объективных законах диалектики материи, включая теорию Дарвина. Онтологическая модель приобретает более полный и законченный вид и базируется на движении материальной субстанции в сторону развития в трех глобальных категориях: во времени – качестве – пространстве. Вселенная получает все более подробное физическое описание, затрагивающее циклы существования различных типов звезд и черных дыр. Зарождение Вселенной вместо варианта «Большого взрыва» все более тяготеет к теории ее эволюционного развития.

Система ценностей и пороков значительно обогащается, умножаясь по сравнению с христианской или системами других религий. Исходя из нее, теперь можно назвать не 10, а 110, 1110 заповедей современного гуманизма, о которых в библиях и коранах не говорится ни слова (например, не кури, не употребляй наркотики, не будь алкоголиком, не давай и не бери взятки, не будь невеждой, не выражайся нецензурно, не мусори, облагораживай среду своего обитания, учись и воспитывай детей и окружающих, заботься о семье и доме, уважай старших, почитай законы государства своего и правила общественного поведения и многое, многое другое).

Сомнения в истинности христианских идей заложил еще античный философ Порфирий (III в.). Он активно выступил как противник христианства и даже написал труд «Против христиан». В нем он подвергает резкой критике Ветхий и Новый заветы, отрицая подлинность некоторых книг. Он указывал на многие противоречия в Евангелиях.

Еще ранее христианский богослов и писатель Квинт Тертуллиан, для которого евангельская истина прямо подтверждалась своим противоречием человеческому разуму, всячески подчёркивал пропасть между верой и разумом («Что общего у Академии и церкви?»): «Сын божий распят; нам не стыдно, ибо полагалось бы стыдиться. И умер сын божий; это вполне достоверно, ибо ни с чем несообразно. И после погребения он воскрес; это несомненно, ибо невозможно". Невозможность совместить здравый смысл с безоговорочной верой в Бога обозначилась также в его знаменитых словах: «Credo quia absurdum» (лат.) - «Верую, ибо абсурдно!»

Другим, более поздним мыслителем, кто поставил под сомнение религиозное верование, был Спиноза, который Богом считал материю, или творящую природу. Он отрицал существование какого-либо надприродного или сверхприродного верховного существа.

В своем «Богословско-политическом трактате», написанном 350 лет назад, Спиноза зало­жил основы научной критики Библии. Исходя из концепции «двух истин», он считал, что для познания подлинной истины Библия имеет мало цены, так как авторитетом может быть толь­ко разум, а не Священное писание. Он отверг тот ореол, кото­рым окружена Библия, и полагал, что необходимо учитывать ис­торические обстоятельства, при которых создавались те или иные тексты. Спиноза доказывал, что Моисей не мог быть автором Пятикнижия. Он также выявил много противоречий, повторений и разночтений в текстах различных книг Библии. Причины религиозных суеверий Спиноза видел в страхе наро­да перед непонятными и таинственными силами природы.

В то же время Спиноза отрицал обвинения в вульгарном атеизме, так как полагал, что его критика религии – это критика невежества и предрассудков, связанных с ней. А настоящее верование равносильно моральности и основывается на достоверном знании. Между верованием и суеве­рием то различие, писал он, что суеверие имеет своей основой невежество, а верованиемудрость.

Кант также довольно определенно высказался в пользу светскости воспитания и о независимости нравственных норм от веры в Бога. Он писал: «Мораль, поскольку она основана на понятии о человеке как существе свободном, но именно поэтому и связывающем себя безусловными законами посредством своего разума, не нуждается ни в идее о другом существе над ним, чтобы познать свой долг, ни в других мотивах, кроме самого закона, чтобы этот долг исполнять». Все существовавшие в истории религии Кант рассматривал как виды ложного богопочитания. Единственно истинная религия содержит в себе лишь нравственные законы, устанавливаемые практическим разумом, и ничего более.

Однако точнее всех раскрыл потребность людей в той или иной религии французский философ Гольбах. Причину распространения христианского вероучения, например, он видел в притягательности его для народа в силу невежества и тя­желого материального положения последнего. Христианство «ста­ло религией неимущих, оно провозглашало нищего Бога, бедня­ки проповедовали эту религию беднякам и невеждам, она давала им утешение в их положении, самые мрачные идеи ее отвечали состоянию этих жалких и несчастных людей». Гольбах доказывал полную иррациональность религии и несостоятельность христиан­ства, основывающегося на Библии. Он писал, что в Библии упо­минаются города, которых не существовало во времена Моисея, содержатся в ней и другие противоречия. Гольбах сделал вывод, что Пятикнижие написано разными людьми в разное время. Вет­хозаветная картина мира, по Гольбаху, могла удовлетворить толь­ко невежественный народ.

И действительно, естественная тяга людей к осознанию бытия требует каких-то объяснений, истинные же объяснения строятся только на тех или иных сугубо научных знаниях. Отсутствие правильных знаний ведет к неправильным – бреду, мистике, а одной из самых распространенных мистических версий глобального масштаба, переплетаемой часто с государственной (а порой и межгосударственной) политикой, и является та или иная теистическая (божественная) версия, как наиболее простая для удовлетворения не столь притязательного спроса невежественных индивидов.

По мере увеличения, накопления естественнонаучных знаний сознание людей наполняется более истинными понятиями о реальной картине мира, в связи с чем мистическая роль божественных объяснений становится все более очевидной (для рассудительных) и потребность в них постепенно уменьшается – люди прозревают.

Бог, таким образом, уступает, отступает перед истинными, современными знаниями. Они замещают постепенно в сознании людей религиозную мифологию, переводя ее на реликтовый уровень исторических познаний, а сами церковные ритуалы превращают в хорошо срежиссированные и поставленные полутеатрализованные реконструкции древних обрядов и традиций, которые небезынтересно стало просто посетить, посмотреть их в качестве шоу, удовлетворяя чувство здорового любопытства (наподобие интереса к ритуалам шаманов и т.п.).

Немецкий философ Ясперс полагал, что веру, общую для всего человечества, не может дать ни одна из мировых религий – ни буддизм, ни христианство, ни ислам, ни брахманизм, ни иудаизм, так как все они сами часто являются причинами раздора. Только «философская вера», по его выражению, может стать общей для всех людей на планете. Поэтому в современную эпоху особая роль принадлежит именно философии, поскольку только она может и должна объединить людей при помощи философской веры, единственно способной противодействовать рационалистическим утопиям на Земле.

Итак, просвещенный атеизм, а с ним и светская духовность являются вершинами теистического развития любого человека, его нравственного становления, показателями высокой развитости его сознания. Этот последний шаг к абсолютной истине одинаков в продолжении всех теистических версий, как разные стороны пирамиды смыкаются в одной точке и имеют одну общую для всех вершину. Именно поэтому только этот последний для всех религий шаг способен окончательно покончить с суеверием, объединить все народы и нации в единое человечество на весь посттеистический период и стать основой правильного светского воспитания, обращенного в будущее.
 
Таким образом, в области духовности, исходя из изложенного, тот или иной человек, хочет он того или нет, находится в одной из фаз развития его знания: примитивный атеизм (и бездуховность) –› примитивное (языческое, суеверное) верование (начальные этапы духовности) –› просвещенное верование (нравственное совершенствование) –› просвещенный атеизм (высшие – светские формы духовности и нравственности). Таким образом, по мере развития в людях добродетели и искоренения пороков происходит и возрастание их светскости и праведности. А «праведным», согласно Владимиру Далю, можно назвать человека, оправданного житием, правдивого на деле, без пороков.
 
Просто отрицать бога – это не значит стать глубоко духовным и высоконравственным. По сути примитивный, вульгарный (а иногда и воинствующий) атеизм свидетельствует об уровне примитивного, неразвитого сознания. Только достойное воспитание и просвещение, большие знания постепенно делают из примитивного неверующего верующего, из языческого верующего просвещенного верующего и, в итоге, просвещенного верующего-атеиста, обладающего самыми современными и совершенными формами разумности, духовности и нравственности.
 
Таким образом, ПРОСВЕЩЕНИЕ как основа светского воспитания, т.е. последовательное накопительное познание абсолютных, прежде всего научно обоснованных истин как в области понимания внутреннего, так и внешнего миров человека – это путь подлинного прозрения, когда человек приобретает способность творить добро, любить, заботиться о других, исходя не из страха перед карой богов, а опираясь на собственное достигшее высокого уровня сознание. Получить и владеть знаниями большими, чем просвещенные и, тем паче, примитивные теистические верующие, перейти от мироощущения к миропониманию, пользоваться более полной таблицей ценностей и пороков – таков путь к развитому сознанию, а с ним и к просвещенному атеистическому верованию, светской духовности и подлинно светскому поведению, нацеленному на будущее.
Вновь подчеркивая, что в настоящее время существует более 400 теистических версий и лишь одна атеистическая, следует согласиться с теми, кто утверждает, что все это свидетельствует лишь о 400 с лишним бизнес-проектов, т.е. способов приватизации Бога с корыстной целью получения доходов от такого рода приватизации за счет невежества, суеверия, непросвещенности населения различных стран, которые становятся прихожанами-донорами. Церковниками очень расчетливо эксплуатируется некий исторический факт вокруг смерти Иисуса, якобы взявшего на себя «грех человечества», который сделали самым долговременным бизнес-проектом и которым кормятся многие века, третье тысячелетие десятки тысяч церковнослужителей. Малая часть их может и верит в то, что они говорят, но лишь самая малая среди них, добросовестная часть. Поэтому, пользуясь бытовой «грешностью» людей (а кто у нас безгрешен?), за деньги могут отпустить кому угодно любой грех, лишь заплати и покайся, т.е. признай верховенство церкви в качестве духовного судьи.

В то же время просвещенный атеизм, как и любые научные, ноосферные знания бескорыстны, их приватизировать невозможно, что и отталкивает от них всякого рода мошенников и невежд всех уровней, создающих различные религиозные и культовые секты с целью личной наживы или удовлетворения болезненных амбиций.

Вместе с тем, следует иметь в виду, что нет ничего более опасного и вредного, чем невежественный атеизм, порочащий любое атеистическое прозрение, а с ним и светскую духовность. Они несовместимы. Так, например, в вопросах веры и религии большевики были "воинствующими безбожниками", т.е. не только атеистами, но и гонителями всякой веры в Бога. Церкви разрушались или использовались не по назначению, священнослужители преследовались. Но не прививалась взамен и светская духовность.

В секретном письме от 19 марта 1922 г., опубликованном лишь в 1990 г., Ленин, в частности, писал: "Чем большее число представителей реакционного духовенства удастся нам расстрелять, тем лучше". Указание вождя выполнили – тогда же были расстреляны 32 митрополита и архиепископа. Гонения на церковь, исповедовавшаяся большевиками идеология "воинствующего безбожия" привели к тому, что у многих и теперь неверие в Бога, т.е. атеизм, отождествляется или, во всяком случае, ассоциируется с преступным ленинско-сталинским режимом. Фактически же отождествление атеистов с "воинствующими безбожниками" – чистейшее недоразумение или, если это делается специально, обдуманно – подлая клевета.

Следует понимать, что в отличие от вульгарного просвещенный атеизм не отвергает, не уничтожает просвещенное теистическое верование, а, будучи пополненным научными знаниями, возвышается НАД ним, относясь к нему как к предшествующему очередному историческому этапу, необходимой ступени в развитии сознания человека и человечества в целом. Достигшие этого уровня сознания люди, став просвещенными атеистами, чувствуют себя ментально, нравственно значительно выше по сравнению с остальными, отставшими в своем развитии членами общества. Они более разумны, более нравственны, обладают большей научностью знаний, более высоким уровнем сознания, чем любые религиозные верующие.

Если этого нет и они не такие, то подобным индивидам лучше оставаться в лоне церкви, ибо к самостоятельному движению по жизни они еще не готовы – не развилось у них в достаточной мере нравственное сознание. В число просвещенных атеистов они могут быть зачислены лишь овладев соответствующими знаниями, достигнув высокой степени светскости в своем поведении и образе жизни. Поэтому, чтобы преодолеть этот порог нравственной и ментальной зрелости, нужно потратить немало интеллектуальных усилий и психической настойчивости. Вместе с тем, стремиться к этому все равно надо, поскольку чем большее число людей станет просвещенными верующими-атеистам, тем просвещенней станет то или иное сообщество, нация, человечество в целом, тем больший прогресс будет достигнут в соответствующем общественном сознании, тем счастливей будет жизнь людей на Земле. Но в любом случае прогресс не остановить – это веление жизни, способ существования материи, частью которой мы все являемся.

Просвещенное теистическое верование со временем станет таким же историческим (реликтовым) прошлым, как и языческое верование. Поэтому, как в свое время просвещенное теистическое верование возвысилось над языческим верованием, так и просвещенное атеистическое верование постепенно приходит не вместо просвещенного теистическое верования – оно действительно занимает следующую, более высокую нишу НАД ним (поскольку это ведь тоже верование), оно его продолжение точно так же, как светская духовность по своей глубине должна превосходить религиозность духовную. Так или иначе, но иметь светскую нравственность возможно лишь, познав и поняв нравственность религиозную, а поняв, возвыситься НАД ней в еще большем развитии и совершенстве. 

В настоящее время религия в международном масштабе находится в коме кризиса, выхода из которого уже не предвидится. В лице монотеистических религий и вероисповеданий она дошла до предела своего внутреннего развития, постепенно переходя на реликтовый уровень. Это веление времени, неизбежность светского развития – социокультурного прогресса.

Религия исчерпала все свои мифологические возможности, а также все органически усвоенные ею от других идеологий качественно положительные и социально прогрессивные задатки. Катастрофически уменьшается количество религиозных верующих; костелы, церкви, мечети, пагоды, синагоги пустеют; в личной жизни человека религия все больше вытесняется на периферию его духовных интересов. Одновременно растет межтеистическое, межцерковное соперничество и религиозное дробление, усиливается и ожесточается борьба за паству – источник церковных доходов, но прежде всего материального обогащения теистического духовенства.

По сообщениям социологов в Голландии за последние 15 лет посещаемость богослужений сократилась на 60 – 90 процентов. В соборе Парижской Богоматери на воскресных богослужениях иногда присутствует всего лишь от 3 до 15 человек. В Англии и Германии храмы в крупных городах продаются коммерсантам и переоборудуются под рынки, дансинги и спортивные залы. Во всей Западной Европе за последние 30 лет не построено ни одного костела, ни одной церкви.

В предисловии к шести книгам "О вращениях небесных сфер", обращенном к Папе римскому Павлу III, Николай Коперник писал в 1535 г.: "Я достаточно хорошо понимаю, Святейший отец, что как только некоторые узнают, что в этих моих книгах, написанных о вращении мировых сфер, я придал земному шару некоторое движение, они с криком будут поносить меня и такие мнения... Если и найдутся какие-нибудь пустословы, которые, будучи невеждами во всех математических науках, все-таки берутся о них судить и на основании какого-нибудь места из Священного писания, неверно понятого и извращенного для их цели, осмелятся порицать и преследовать это мое произведение, то я, ничуть не задерживаясь, могу пренебречь их суждением... Математика пишется для математиков..."

Атеизм – это система взглядов, отвергающая существование Бога, веру в Бога, религиозные представления. Атеизм отрицает теизм (от греческого слова "теос" – бог) – религиозные учения, в основе которых лежит представление о Боге как сверхъестественном существе, сотворившем мир и управляющем им. Теизм – это основа большинства современных религий, в том числе христианства, ислама и иудаизма.

Для теистов Бог обладает волей и разумом, воздействует на все материальные и духовные процессы. Все происходящее в мире они рассматривают как осуществление Божьего промысла или как его предопределение. В отличие от теистов деисты, также верящие в существование Бога, отрицают его вмешательство в жизнь общества и природы. Наконец, пантеисты (наиболее известный их представитель – Бенедикт Спиноза), по сути дела, отождествляют Бога с природой. Если отвлечься от некоторых нюансов, между пантеизмом и атеизмом нет разницы. Вместе с тем атеизм, терминологически означающий отрицание теизма, отвергает не только теизм, но и любые представления о Боге, в том числе и деистическое.

Атеизм нельзя отождествлять с материализмом, но материалист, считающий первичной и объективно существующей материю, а не сознание, естественным образом оказывается атеистом. Интуитивные суждения материалиста и атеиста таковы: вокруг нас существует Вселенная, состоящая из материальной субстанции, развивающейся по строго определенным диалектическим законам во временикачестве пространстве.

Человек-индивид – продукт эволюции материи, одной из форм ее существования – жизни, возникшей естественным образом из неживого вещества материи. Путем наблюдений и экспериментов человек познает законы диалектики материи, ее природу, содержание и свойства (например, строение атомов и атомных ядер), явления, происходящие в неживой (физические, химические) и живой природе (биологические, социальные). Результаты познания природы и составляют содержание науки, описываемых ею объективно действующих законов. Наука все время развивается, все глубже и глубже познает окружающий нас эволюционирующий мир, включая самого человека и формируемое им общество.

Успехи науки (имеются в виду преимущественно естественные науки) колоссальны. Так, Николай Коперник (1473 - 1543 гг.), развивая представления некоторых древнегреческих астрономов, вопреки царившему в то время миропониманию описал в XVI в. гелиоцентрическую картину Солнечной системы. И лишь в начале XVII в., т.е. менее 400 лет назад, справедливость таких представлений была доказана Галилео Галилеем (1564 - 1642 гг.) и Иоганном Кеплером (1571 - 1630 гг.).

Но сколь мало знали тогда о мире за пределами Солнечной системы видно хотя бы из того, что даже Кеплер считал, что существует сфера неподвижных звезд, "состоящая изо льда или кристалла". Расстояние от Земли до Солнца составляет 149 миллионов километров, свет проходит этот путь за восемь минут. Сегодня же мы имеем представление о строении Вселенной в масштабах порядка 10 миллиардов световых лет.

Вот одна из характеристик пути, который наука проделала за четыре столетия. Если гипотеза, что все вещество состоит из атомов, возникла еще в античные времена, то в ХХ в. ее не только подтвердили, но и выяснили строение атомов, доказали существование атомного ядра, протонов и нейтронов. Наконец, появилось понятие о кварках, из которых состоят нуклоны и мезоны. Успехи биологии, отмеченные теорией Дарвина в прошлом веке, ознаменовались расцветом генетики в наши дни.

На этом фоне успехов науки вера в Бога и религия (теизм) выглядят совершенно иначе, чем в далекие времена. Существование Бога и вера в него – тоже "интуитивные суждения", но, по сути дела, застывшие с древности или, во всяком случае, со времени образования соответствующей религии (скажем, с VII в., когда возник ислам). С религией органически связана вера в чудеса, например, в христианстве – с верой в непорочное зачатие, воскрешение из мертвых и т.д. В то же время для науки характерны гибкость и отрицание чудес, т.е. непроверенных суждений. Под влиянием фактов наука совершенствуется, религия же догматична и в своей основе остается неизменной, если не говорить о схоластических богословских спорах, появлении ересей и т.п.

Уже упомянутое отождествление атеистов с "воинствующими безбожниками" столь же необоснованно, как, например, отождествление всех исповедующих христианскую религию с инквизиторами. Кстати сказать, в 2000 г. отмечалось не только рождение Иисуса Христа, но и 400-летие со времени сожжения христианскими инквизиторами Джордано Бруно (1548 - 1600 гг.). Но возлагать на всех христиан ответственность за деятельность инквизиции нелепо. Совершенно очевидно, что атеизм, неверие в Бога не мешают человеку оставаться порядочным, согласным с известными принципами этики и морали. Мнение, что "если Бога нет, то все дозволено", имеет лишь очень ограниченные основания. За рубежом немало верующих в Бога даже в научной среде. Да, такого рода вера может облагораживать, но далеко не всегда и не всех – достаточно вспомнить ирландских католиков и исламских фундаменталистов, проливающих кровь совершенно невинных жертв и в наши дни.

Все больше становится людей, скептически настроенных в отношении аргументов в пользу существования Бога. Так, видный мыслитель, английский философ Бертран Рассел утверждал, что он также не видит каких-либо тому доказательств, и в книге «Почему я не христианин?» (1927 г.) систематически исследует эти аргументы. За свои атеистические взгляды он подвергался резкой критике со стороны христианской теологии и религиозных деятелей.

Уместно вспомнить некоторые доводы, приводимые атеистами в пользу отрицания существования Бога. Казалось бы, он мог внушить людям одну веру, а между тем имеется много религий. Более того, даже в пределах одной религии, скажем христианства, есть немало направлений (католицизм, православие, различные протестантские конфессии, секты). Далеко не все христианские конфессии находятся в дружественных отношениях. Не странно ли это при едином Боге?

Второй пример: как может Бог, если он существует, допускать войны, геноцид, голод и болезни? Богословы пытаются дать ответы на подобные вопросы. Таким ответам посвящена, например, книга Папы Иоанна Павла II. Но даже этот высокообразованный выдающийся человек не смог дать сколько-нибудь убедительных ответов на поставленные вопросы.

В силу сказанного для понимания ситуации в отношении атеизма и веры как раз и необходимо различать "верующих в разум, в объективные законы диалектики материи" и "верующих в Бога, исповедующих ту или иную религию". За пределами здравого смысла и обычного понимания остается религиозная вера в чудеса, исповедание какой-то религии. Разве неясно, что религиозные суеверия возникли во времена, когда человек чувствовал себя беспомощным перед лицом природных явлений и болезней. Наука находилась в зародыше, а потому и чудеса казались возможными (ведь чудо – это, по определению, то, что не подтверждается научными данными, научным анализом). Сегодня же верить в воскрешение из мертвых, загробную жизнь, рай, ад и т.п. – значит отрицать современную науку.

К великому сожалению, подавляющее большинство из 7 миллиардов людей, обитающих сейчас на Земле, остаются необразованными. Смотреть телевизор, пользоваться сотовым телефоном и летать на самолете еще не значит быть цивилизованным человеком. У нас в России население пока еще относится к числу образованных наций, но эта образованность приобретает все более поверхностный характер, особенно в области гуманитарных наук.

В полемике, которая происходит между атеистами и религиозными идеологами, последние нередко искажают в свою пользу известные факты. Так, ими неоднократно утверждалось, что знаменитый физиолог Иван Петрович Павлов (1849 - 1936 гг.) был глубоко религиозным человеком. Он ходил в церковь, протестовал против разрушения храмов, отказался от кафедры в Военно-медицинской академии в знак протеста против изгнания из числа студентов детей священников и т.д. Казалось бы, верующий, православный человек. Таковым он у нас и прослыл. На самом же деле Павлов, "конечно, был полный атеист и никаким иным быть не мог". Это цитата из воспоминаний М.К. Петровой – ближайшей сотрудницы и друга И.П. Павлова. Она приводит его слова: "Человеческий ум ищет причину всего происходящего, и когда он доходит до последней причины – это и есть Бог. В своем стремлении искать причину он доходит до Бога. Но сам я не верю в Бога, я неверующий".

Ходил Павлов в церковь "не из религиозных побуждений, а из-за приятных контрастных переживаний. Будучи сыном священника, он еще в детстве любил праздник Пасхи. Он объяснял эту любовь особенно радостным ощущением праздничных дней, следующих за Великим Постом". Защищал же Павлов церковь и верующих из вполне понятных соображений о справедливости и свободе совести, из протеста против большевистского варварства.

Вообще, совершенно ясно, что в молитвенные дома (церкви, мечети, синагоги) ходят не только религиозные люди. Ходят и по традиции, и вспоминая близких, и надеясь найти утешение в горе. В тяжелые минуты вера в Бога способна утешить, облегчить страдания, легче воспринимать мысли о смерти. Разум, однако, дан человеку не для того, чтобы поддаваться эмоциям и идти на поводу у предрассудков и обветшалых верований седой древности. Поэтому согласно атеистическим убеждениям существует лишь природа и управляющие ею законы, которые познает разум и руководимая им наука.

Приведем также сведения, касающееся великого Эйнштейна (1879 - 1955 гг.), посвятившего свои научные поиски описанию движения материи во временипространстве. В литературе попадались утверждения, что Эйнштейн был верующим, ибо писал о какой-то космической религии и т.д. В действительности Эйнштейн пользовался религиозной терминологией лишь в условном смысле. Например, он писал: "Я не могу найти выражения лучше, чем "религиозная" для характеристики веры в рациональную природу реальности... Какое мне дело до того, что попы наживают капитал, играя на этом чувстве?" В 1929 г. на вопрос, верит ли он в Бога, Эйнштейн ответил телеграммой: "Я верю в Бога Спинозы, который проявляется в гармонии всего существующего, но не в Бога, который интересуется судьбами и делами людей". Бенедикт Спиноза (1612 - 1677 гг.), как уже отмечалось, отождествлял Бога с природой, был пантеистом.

Всяческие чудеса, фигурирующие в различных религиозных сочинениях, в частности в Библии, противоречат научным представлениям и данным. В этом смысле библейские чудеса находятся на одном уровне с астрологическими домыслами. Однако не чудеса являются определяющими в религии, многие верующие воспринимают их лишь как поэтические иносказания. Церковь в наши дни, если иметь в виду, скажем, официальную позицию католиков, православных и протестантов, призывает к добру, соблюдению известных заповедей, возражает против абортов, оккультизма и всякого мракобесия, в частности и астрологии. Но такая позиция церкви, верная по существу, не всегда последовательна, что, однако, не дает оснований с ней сражаться, как это делали "воинствующие безбожники". Правильная позиция светскости – это отстаивание свободы совести, продолжение, развитие и распространение светской духовности, отталкиваясь от верных положений духовности религиозной, дополняя их выводами разума, и требования полного отделения церкви от государства.

Блестящее развитие науки последних лет нанесло сокрушительный удар по претензиям церкви диктовать свои догматы науке. Сегодня об этом в цивилизованных странах не может быть и речи (впрочем, в США до сих пор слышны довольно громкие голоса креационистов, отрицающих эволюцию и проповедующих божественное сотворение мира, т.е. буквально следующих Библии). В наши дни церковь "перестроилась". Содержание этой перестройки особенно ярко отражено в последней (тринадцатой по счету) энциклике Папы Иоанна Павла II "Вера и разум" ("Fides et ratio"), опубликованной 15 октября 1998 г. Эта энциклика начинается так:

"Вера и разум – это как бы два крыла, на которых человеческий дух возносится к созерцанию истины, ибо Сам Бог вложил в умы людей стремление к познанию истины, а также к познанию Его Самого, чтобы люди, познавая и любя Его, смогли найти полноту истины о себе самих".

Это высказывание подтверждает, что и среди церковнослужителей укрепляется мнение о силе разума, который способствует познанию истин. Однако одна из истин, которую постигают пока лишь наиболее просвещенные представители человечества, гласит, что БОГА НЕТ.

Со временем это осознает сначала большинство, а затем и все человечество в целом. Но для этого потребуется время и просветительские усилия общества, его наиболее передовой, прогрессивной, светской части.

В настоящее время атеизм в мировом масштабе увеличивается количественно, крепнет организационно и возрастает качественно. Треть наших современников в той или иной мере разделяет атеистическое мировоззрение. Охват этой меры простирается от людей с обыденными, стихийными атеистическими убеждениями до мировоззрения, которое свои атеистические взгляды подкрепляет совокупностью научных, социологических и философских аргументов.

Как в идеологическом, так и в организационном отношении атеизм находится на столбовой дороге человеческого прогресса. И он не одинок в своем шествии все вперед и выше. В аспекте отрицания существование бога и подобных ему сверхъестественных существ атеизм органически связан с такими направлениями мировоззрения, как рационализм, агностицизм, практицизм, скептицизм и в определенной мере – с различными разветвлениями светского гуманизма и антиклерикализма. Совместно с другими региональными и международными организациями атеизм борется против мракобесия, против суеверий, за социальный и культурный прогресс.

XXI в. и далее – это время массового, все более возрастающего перехода человечества к просвещенному атеизму и светской духовности. Так что, сопоставляя свое сознание с приведенными выше этапами его становления, т.е. выяснив, какой фазе развития общечеловеческих знаний оно более всего соответствует, вы поймете, какое расстояние лично вами преодолено и сколько еще предстоит пройти от невежества к полной просвещенности и нравственному совершенству, от вульгарного атеизма к просвещенному, а также насколько вы добродетельны и непорочны, насколько вы светски образованы и духовно воспитаны.

Учебно-воспитательные истоки и источники

Из истории известно, что поведение древних народов и цивилизаций находилось под влиянием различных языческих религий и зачаточных научных идеологий, большинство из которых к настоящему времени ставших реликтовыми, хотя некоторые их идеи остаются здравыми и пригодными до сих пор для воспитательного воздействия на молодые поколения людей. Все эти воззрения базировались на мифологических представлениях как теологического, так и светского характера о месте человека в мире и, как правило, не представляли собой целостного мировоззрения.

Земные порядки согласно большинству древних мифов были продолжением общемировых, космических порядков, имеющих божественное происхождение. Социальные и политико-правовые порядки, на которых базировались соответствующие воспитательные процессы, предполагались как вышедшие из божественного первоисточника. Существующий политико-правовой, а значит, и поведенческий порядок легитимизировался божественным авторитетом. Миф в течение многих веков даже не подвергался сомнению.

В мифах ряда народов говорится о первоначальном непосредственном правлении богов, которые затем научили людей искусству управления и передали власть земным правителям. Так, например, утверждали древнеегипетские жрецы, выводя происхождение первых фараонов от богов ("фараон – сын Солнца"). В подтверждение божественности правителей Древнего Египта и повышения их авторитета строились величественные пирамиды и храмы.

Также и в древнегреческой мифологии первоначальными правителями и законодателями являются боги-олимпийцы (Кронос, Зевс, Посейдон, Афина и др.).

 Согласно древневавилонским и древнеиндийским мифам боги, являясь источниками власти правителя, вместе с тем и сами продолжают оставаться вершителями земных дел и людских судеб.

По древнекитайскому мифу, только император способен на общение с небесными силами и таким образом вся власть сконцентрирована в его личности.

Справедливость и правосудие в Древнем Египте олицетворяла богиня Маат, судебные чиновники являлись ее жрецами. Земная власть (фараон, жрецы, чиновники), право были сакрализованы. Считалось, что все существующие правовые нормы должны соответствовать Маат – естественно-божественному порядку справедливости (очень похоже на древнекитайское "дао", древнегреческое "дике" и пр.). Считалось, что только справедливое поведение в земной жизни поможет добиться милости богов в загробной жизни.

В "Поучении Птахотепа" (XXVIII в. до н.э., послание правителя своему наследнику) утверждается помимо указанного идея естественного равенства всех свободных ("нет рожденного мудрым"). И действительно, в Древнем Египте не было жесткого кастового деления общества.

Теологическая концепция власти всячески продвигалась в массы чиновниками и жрецами, заинтересованными в сохранении и укреплении своей власти.

Покровителем справедливости в Древнем Вавилоне выступал бог Шамаш. Правонарушение называлось переступлением "стези Шамаша". Вавилонские правители и законодатели настойчиво подчеркивали божественный (а следовательно, неизменный) характер своей власти и своих законов, регулирующих поведение населения. Яркий пример – Законы Хаммурапи (XVIII в. до н.э.). Хаммурапи изобразил свое законодательство как данное Шамашем. Справедливость по Хаммурапи подразумевала божественным деление людей на свободных и бесправных рабов, свободные, в свою очередь, были неравноправны, их правовой, а значит, поведенческий статус зависел от принадлежности к тому или иному сословию.

Мифические представления древних персов нашли свое выражение в зороастризме, легендарный основатель которого Заратустра жил предположительно в VIII в. до н.э. Основным положением зороастризма является борьба в мире двух противоположных начал – добра (Ормузд) и зла (Ариман). Положительный смысл и цель человеческого бытия – активная деятельность, борьба против зла и тьмы. И победа останется за добром и светом – так говорил Заратустра. А государство должно быть земным воплощением небесного царства Ормузда, монарх должен быть служителем Ормузда, бороться против зла, насаждать добро. При этом древние персы склонялись к целесообразности деспотизма (наверное, чтобы сподручнее было бороться с Ариманом).

Сословное деление общества по зороастризму основывается на свободном выборе (!) каждым того или иного рода занятий. Во главе отдельных сословий должны стоять наиболее добродетельные люди. Заратустра призывал служителей Ормузда к взаимной любви, прощению и миру.

Законы Ману, которые относятся к периоду II в. до н.э. – II в. н.э., тщательно (а порой даже мелочно) регламентировали повседневную жизнь каждого индуса. В Законах Ману воспроизводятся и защищаются положения вед и упанишад (религиозно-философских трактатов, комментирующих ведические тексты) о делении общества на варны, их неравенстве и т.д.

Много внимания в Законах уделяется обоснованию руководящего положения брахманов и исключительному характеру их прав в вопросах установления, толкования и защиты дхармы. Дхарма – универсальная норма поведения индуса, зависящая от его возраста и варны. Даже царь (из кшатриев) должен чтить брахманов и следовать их советам и наставлениям, он должен охранять варновый строй.

Особое значение придается данде – наказанию, которое заставляет людей следовать извечной дхарме. Наложение данды – обязанность царя. Нарушителей дхармы, помимо данды, ждет загробная кара.

Зачатки идеологии брахманизма встречаются уже в ряде древнеиндийских памятников, относящихся ко II тысячелетию до н.э. и именуемых в целом ведами (санскр. – "знание"). Там говорится о делении людей на 4 варны, которые созданы богами из Пуруши (мирового тела и духа, первочеловека): "…брахманом стали его уста, руки – кшатрием, его бедра стали вайшьей, из ног возник шудра". Это определило на многие века кастовое деление индийского общества.

Среди вед можно выделить "Ригведу" (собрание гимнов) и "Атхарваведу" (сборник заговоров и заклинаний). Строение общества (т.е. права и обязанности представителей различных варн) определяет мировой закон ("рита"). Все члены варн лично свободны (рабы находились вне кастового строя), но неравноправны. В привилегированном положении находились брахманы (жрецы, духовная власть) и кшатрии (воины, светская власть).

В древнеиндийских ведах содержалось два подхода к появлению царской власти: или создание правителя богами (учреждение его власти по воле богов); или избрание правителя людьми с последующим утверждением богами. Господствовала патриархальная концепция государственной власти: правитель является отцом для своих подданных, он должен заботиться о них, однако несет ответственность не перед ними, а перед богами.

"Артхашастру" Каутильи относят к эпохе империи Маурьев (IV – III вв. до н.э.), по форме это – наставление искусству управления. "Артхашастра" во многом свободна от религиозных догм брахманизма, реалистична и рационалистична. Каутилью (вельможу при дворе царя Чандрагупты) за его рационалистичную "Артхашастру" даже называли индийским Макиавелли.

В "Артхашастре", наряду с традиционным пиететом к дхарме, явное предпочтение все же отдается практической пользе (артхе) и обусловленным ею политическим мероприятиям и административно-властным установлениям.

Известным своеобразием отличались религиозно-мифологические представления древних евреев, делая иудаизм исключением в череде языческих религий, существовавших в те далекие времена. Одним из основных его положений была идея о всеобщем равенстве перед единым Богом независимо от происхождения и положения в обществе. По их версии, единый истинный бог находится в особом договорном отношении со всем еврейским народом, являясь его верховным царем, и от него происходят законы (законодательство Моисея).

На протяжении долгих веков евреи исповедовали свою веру, отличающуюся от других прежде всего «этническим цензом», т.е. тем, что единственно необходимым условием для того, чтобы стать иудеем, является обязательная принадлежность к «Богоизбранному народу».

Так или иначе, но исторически одними из самых ранних упорядоченных правил поведения людей, дошедшими до нас и до сих пор используемых в воспитательных целях, следует считать широкоизвестные 10 ветхозаветных заповедей Моисея, относящиеся к XVI в.до н.э. Вот они:

1.    "Я Господь, Бог твой, да не будет у тебя других богов пред лицем Моим" 

2.    "Не сотвори себе кумира, и всякого подобия, елика на небеси горе, и елика на земле низу, и елика в водах, под землею: да не поклонишися им, ни послужиши им" 

3.    "Не произноси имени Господа Бога твоего всуе" 

4.    "Помни день субботний, чтобы святить его; шесть дней работай и делай (в них) всякие дела твои, а день седьмой суббота Господу, Богу твоему" 

5.    "Чти отца твоего и матерь твою, да благо тебе будет, и да долголетен будешь на земле" 

6.    "Не убивай" 

7.    "Не прелюбодействуй" 

8.    "Не кради" 

9.    "Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего" 

10.           "Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, [ни поля его] ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, [ни всякого скота его] ничего, что у ближнего твоего"

Следует отметить, что во времена, когда иудаизм только зарождался, его идеи были чужды господствующим среди большинства людей настроениям. В те времена обитатели планеты в основной массе мало отягощали себя мыслями о высокой нравственности. Человек находился еще на первых ступенях, отделяющих его от животных, а следовательно, больших высот в таком обществе добивались прежде всего индивиды, не задумывающиеся о ближнем. А так как каждый человек желает как можно выше подняться над остальными, можно понять, почему заповедям, принесенным Моисеем, долгое время было очень тяжело прижиться в обществе, хотя на первых порах с их помощью все же удавалось регулировать отношения между людьми, в том числе и светские.

Одной из основных канонических книг в иудаизме признается Танах (Ветхий Завет Библии), важнейшей частью которого является Тора, или Пятикнижие Моше (Моисея). В III в. н.э. иудейскими богословами были написаны комментарии к Торе, получившие название Мишна (повторение закона). Затем была составлена еще одна книга – Гмара, назначение которой – углубленное комментирование Мишны. Мишна и Гмара вместе составляют Талмуд. Тора и Талмуд регламентируют все стороны жизни религиозного еврея, в том числе и те, которые в других религиях обычно считают относящимися к сфере этики, морали, гражданского и уголовного права. В Талмуде различают галаху и агаду, которые переплетаются друг с другом. Галаха – это закон, касающийся религиозной, семейной, гражданской жизни. Агада определяет духовные основы иудаизма.

Чтение Талмуда почитается как весьма ответственное занятие, разрешаемое только самим евреям. В трактате "Синедрион" говорится: "Нееврей, изучающий Талмуд, заслуживает смерти".

Главной особенностью иудаизма является учение об особой роли еврейского народа. "Евреи приятнее Богу, нежели ангелы", "как человек в мире высоко стоит над животными, так евреи высоко стоят над всеми народами на свете" – учит Талмуд.

Избранничество мыслится в иудаизме как право на господство. Отвержение Христа стало духовной причиной государственно-национальной катастрофы иудеев – в начале II в. Иерусалим был разрушен, а иудеи рассеяны по свету.

Акцент в иудаизме делается на достижении целей не идеальных, но вполне земных, политических и экономических. Благая весть о Царствии Божием, принесенная Иисусом Христом, не могла, разумеется, удовлетворить тех, кто ждал от мессии зримого и политически очевидного царства земного.

После рассеяния евреев во II-VI вв. происходит формирование талмудизма, характеризующегося обстоятельной систематизацией и нормативной ритуализацией иудейского культа, который из храмового священнодействия превратился во все проникающую систему предписаний, иногда скрупулезно подробных, вплоть до требований подчеркивания своей принадлежности к "избранному Богом народу" с помощью особых деталей внешнего облика. Так, верующему еврею предписывается иметь бороду, отпускать длинные волосы на висках (пейсы), носить маленькую круглую шапочку (кипу), пройти обряд обрезания. Тогда же формируется и такое учение в иудаизме, как Каббала, главная роль в котором отводится магии и оккультизму.

Если для Библии характерен ярко выраженный персонализм, т.е. представление о Боге и сотворенном им человеке как о личностях, то в Талмуде говорится о том, что человек изначально был сотворен гермафродитом и лишь позднее возникает разделение полов, возникают Адам и Ева (это чисто языческое воззрение, полностью исключающее понимание человека как личности).

Возрождаются в Талмуде пантеистические воззрения, так, например, говорится о сотворении Богом душ евреев из самой божественной сущности. Те евреи, кто не достиг совершенства в своей жизни, для очищения перевоплощаются в новых телах – в растениях, в животных, в телах не евреев, и, наконец, в теле еврея, после чего могут заслужить вечное блаженство.

В VI - XIII вв. возрастает роль раввинов (от древнееврейского "рабби" – мой учитель) – толкователей закона, возглавлявших иудейские общины. Рассеяние евреев по странам Старого Света (Европа, Азия, Африка), а потом и Нового Света (Америка) привело к образованию большого количества еврейских национально-религиозных общин. В древности центром иудейского культа был Иерусалимский Храм, где совершалось ежедневное жертвоприношение. Когда Храм был разрушен, место жертвоприношений заняла молитва, для совершения которой евреи стали собираться вокруг отдельных учителей – раввинов. Из этих собраний возникли иудейские молитвенные объединения, именуемые синагоги ("собрания"). В иудаизме синагога представляет собой собрание евреев для совершения молитвы и изучения Торы и Талмуда. Такое собрание не предусматривает наличия специального здания и может проходить в любом помещении.

Для совершения публичного богослужения необходимо присутствие не менее десяти евреев мужского пола, достигших религиозного совершеннолетия (с 13-летнего возраста). Они составляют первичную иудаистскую общину – миньян (буквально "число", т.е. кворум, необходимый для богослужения). Исторически право совершать публичные богослужения закрепилось за раввинами – учителями и толкователями Торы. Кроме раввина, в персонал синагоги входят хазан, шамаш и габай. Хазан ведет общественную молитву и представляет всю общину в обращении к Богу. Шамаш – синагогальный служка, обязанности которого – наблюдать за порядком и чистотой в синагоге и заботится о сохранности синагогального имущества. Габай решает административные и финансовые вопросы синагоги.

Особое место в иудейской общине занимает коганим (единственное число – коген). По еврейской традиции лица, носящие фамилию Коген (Коган, Кохен, Коэн, Кон), являются потомками (по отцовской линии) первосвященника Аарона, т.е. своего рода жреческой кастой.

Во времена Иерусалимского Храма коганим кроме исполнения своей главной функции – ведения службы в храме – были также духовными наставниками народа, его судьями и учителями. Однако с течением времени духовное руководство еврейского народа перешло к пророкам, а затем к мудрецам и раввинам. Деятельность коганим была ограничена, в основном, службой в храме. После разрушения храма в 70 г. н.э. они лишились возможности исполнять и эту обязанность. В настоящее время коганим обязаны проводить обряд выкупа первенцев и благословлять народ в синагоге.

В условиях рассеяния (диаспоры) иудаизм сыграл главную роль в самосохранении евреев как этноса. Национальное и религиозное начала в душе верующего иудея совпадали, а отход от иудаизма означал выход из еврейства, что для воспитанных столетиями корпоративного быта евреев, в свою очередь, означало смерть. Поэтому отлучение от синагоги и от еврейства рассматривалось как самое страшное наказание.

Вера, которую исповедуют современные евреи, является не той, которая была дана Израильтянам через Моисея и Пророков, и которую исповедовали они до пришествия Мессии, но той, какую они сами измыслили, уклонившись от истинного духа Моисея и Пророков, и которой держатся ныне уже по пришествии обетованного Мессии, ими непризнанного. Эта новая вера изложена в двух книгах, почитаемых Иудеями за божественные книги, в Каббале и Талмуде (Каббала, по понятию Иудеев, есть кодекс философско-мистических преданий, служащих дополнением и объяснением Закону, а Талмуд – кодекс преданий по преимуществу исторических, обрядовых и гражданских, служащих таким же дополнением и объяснением). В обеих этих книгах наряду с истинами, заимствованными в Библии, имеется много странностей, нелепостей и противоречий. Таковы:

а) основной закон об отношении человека к ближним: "всякое добра, которое закон Моисеев предписывает, и всякое зло, которое он воспрещает делать ближнему, брату, товарищу, должно, объясняет Талмуд, понимать только в отношении к Иудеям" (Талмуд. Тракт. Бава-Меция);

б) взгляд на прочие народы: называя их народами нечистыми и богопротивными, с которыми Евреи не только не должны вступать ни в какие родственные связи, Талмуд учит, что Еврей может без греха нарушать клятвы, даваемые иноверцу, может обманывать его, притеснять, преследовать и даже умерщвлять за его разноверие, и что вообще все эти иноверные народы, по пришествии Мессии, или истребятся совершенно, или будут порабощены Иудеям, так что самые цари иноверные сделаются слугами для последнего из чад Израиля (Мозез Мендельсон);

в) учение о средствах к оправданию: в Талмуде проповедуется, что как грех первородный, так и вообще все грехи могут быть изглажены и уничтожены через строгое исполнение всех предписаний закона обрядового;

и прочее.

Вследствие этого иудеи исключительно преданы своим обрядам, так что для иудеев вера не существует, а существует только закон, т.е. обрядовый. Известно, что для иудеев на основании одной из заповедей Божиих нерабочим днем является суббота: «да не сотворишь всякого дела в день субботний» (Исх. 20:40). Вместе с тем существует 949 раввинских предписаний, из которых одно, например, даже "запрещает Еврею даже плевать по воздуху в субботу, потому что действие похоже на веяние неочищенной ржи. (Хаие Адам – Авраама Данижга, о постановлениях субботних)". О запрещенных яствах существует более 3000 различных постановлений; об обряде умовения рук – до ста, о солении мяса – до двухсот; есть даже определение касательно способа обрезывания ногтей.

На основании заповеди Моисея, запрещающей варить козленка в молоке его матери (Исх. 23:19; Втор. 14:21), талмудисты запретили: а) варить в молоке какое бы-то ни было мясо; б) употреблять даже сосуд, в котором изготовляется мясная пища, на изготовление в нем пищи молочной и в) определили принимать молочную пищу не ранее, как по истечении шести часов после принятия пищи мясной, а мясную после молочной не ранее, как через час. И пусть бы еще исполнение всех таких мелочей отдано было на произвол каждого; напротив, Талмуд все обряды возводит в догматы и требует самого строгого исполнения относящихся к ним постановлений и правил.

Первые контакты Руси с иудаизмом относятся к VIII - IX вв., когда она столкнулась с Хазарским каганатом, народом кочевников, у которых власть перешла к иудеям, объявившим иудаизм государственной религией. Хазары вели войны против православной Византии и подчинили себе Русь. Господство иудео-хазар над Русью длилось до 965 г., когда князь Святослав Игоревич одержал решающую победу над каганатом.

Если придерживаться хронологии появления значимых этических учений в общеисторическом развитии поведенческих норм человечества, то нельзя не упомянуть о буддизме, возникшем в Индии в VI в. до н.э. и имеющем в настоящее время более 200 миллионов последователей главным образом в странах Юго-Восточной Азии. Суть данного учения, ставшего одной из трех мировых религий (вместе с христианством и исламом), если его обозначить вкратце, состоит в том, что счастливой жизни каждый человек может добиться, преодолев в себе эгоизм и низменные желания с помощью правильных убеждений, правильного мышления, правильных рассуждений, правильных действий, правильного образа жизни, правильных устремлений, правильного отношения к обязанностям, правильной медитации.

Учение Гаутамы Будды ("будда" по-санскритски означает "просветленный") сформировалось в VI - V вв. до нашей эры на базе многовековой религиозно-философской традиции индийской культуры. В целом буддизм можно рассматривать и как религию, и как философию, и как культуру, и как образ жизни.

Основная идея буддизма была сформулирована в проповедях Будды о "четырех благородных истинах" и "восьмеричном пути".

Первая истина говорит о том, что существование есть страдание, которое испытывает и на которое вечно обречено каждое живое существо.

Вторая истина утверждает, что причиной страдания являются "беспокоящие эмоции" (желания, ненависть, зависть и т.д.). Страсти и вызываемые ими действия образуют карму (воздаяние) – своеобразную цепь этической причинности, согласно которой человек в своих последующих перерождениях получает то, что заслужил в предыдущей жизни ("закон воздаяния").

Карма, создаваемая благими деяниями, ведет к возрождению в царстве богов, полубогов и людей, и, напротив, карма, порождаемая злыми деяниями, к возрождению в низших мирах среди животных, "голодных" духов и обитателей ада. Человек, совершая хорошие поступки, может улучшить свою карму, но это не спасает его от вращения в бесконечном процессе перерождений в мире страданий (сансара). Закону кармы подвержены даже боги.

Третья "благородная истина" говорит, что пресечение беспокоящих эмоций ведет к прекращению страданий, а четвертая указывает так называемый "срединный путь", избегающий как крайнего аскетизма, так и крайнего гедонизма (Гедонизм – жизненная философия, согласно которой смысл жизни состоит в получении удовольствий.). Этот "срединный путь" именуется "восьмеричным", поскольку состоит из восьми ступеней или шагов: понимания, мысли, речи, действия, образа жизни, намерения, усилия и сосредоточения.

Следование этим путем (становление на "путь Будды") ведет к достижению внутреннего спокойствия посредством обуздания мыслей и чувств, культивирования дружелюбия, сострадания, симпатии ко всем живым существам. Это обеспечивает постижение "истинной мудрости" – первого шага к "просветлению".

Высшей целью верующих буддистов является достижение нирваны – состояния вечного покоя и блаженства, выхода души из круговорота перевоплощений. Низшее состояние нирваны, состояние архата, характеризуется отсутствием страданий. Высшее состояние – это состояние Будд ("Просветленных"), свободных от всех моральных и умственных загрязнений, мироощущение которых сливается со всем бытием.

Будда закончил земную жизнь на 80-м году (44-м году своего учительства) близ г. Кушинагара (ныне - Непал). Место его смерти наряду с местами рождения, "просветления" и первой проповеди особо почитается буддистами всего мира и является объектом паломничества.

Еще при жизни Будды вокруг него сложилась община последователей монахов, получившая наименование сангха (дословно "общество"). Вступающий в нее приносил обеты верности Будде, его учению, сангхе и обязывался выполнять десять предписаний-запретов: 1) не убивать; 2) не красть; 3) не прелюбодействовать; 4) не лгать; 5) не употреблять спиртных напитков; 6) не есть после полудня; 7) не танцевать, не петь, не посещать зрелищ; 8) не носить украшений; 9) не пользоваться роскошными сидениями; 10) не брать золота и серебра. Для мирян – последователей учения Будды, но не принявших монашеские обеты, были определены пять заповедей ("панча шила"): не убивать, не лгать, не красть, не прелюбодействовать и не употреблять спиртных напитков.

Учение Будды при своем возникновении было скорее не религией, а религиозно-философской школой. Становление буддизма как религиозной системы с развитым пантеоном и обрядностью произошло после смерти Будды.

Самой ортодоксальной школой буддизма считается тхеравада ("школа старой мудрости"). Последователи тхеравады считают, что достичь нирваны могут только монахи.

В течение нескольких веков учение Будды бытовало преимущественно в устной традиции. Его письменное оформление началось лишь в I в. до н.э. Во II - III вв. н.э. появились такие популярные произведения, как Лотосовая и Алмазная Сутра. В XIV в. был составлен Ганджур ("переводы сказанного Буддой") – собрание канонических текстов в 108 томах и, позднее, комментарии к нему – Данджур в 225 томах. Эти своды являются своеобразными энциклопедиями буддизма, в которых содержатся разделы, посвященные этике, философии и практике медитации.

Буддизм, в противоположность христианству, проповедует абсолютное неприятие мира; его идеал – полное уничтожение мира и прежде всего уничтожение личного бытия, самоуничтожение.

Усилия буддийского мудреца все время направлены не к обнаружению положительной основы фактов и явлений жизненного процесса, не к обретению истины, а к разоблачению отрицательных качеств бытия, к выяснению призрачности и обманчивости вещей, действий и явлений, составляющих содержание жизни. Всюду в этой сложной, полуфилосовской, полумистической работе пробивается непрерывное стремление не к величайшей реальности, не к абсолютному бытию, не к Богу, а к уменьшению интенсивности бытия, к слиянию саморазлагающегося и искусственно разлагаемого живущего существа с абсолютным небытием, с нирваной. Это не рост духа, составляющий цель христианской аскетики и мистики; это, выражаясь подлинными словами буддизма, "прекращение духа".

Сообразно с этой основной тенденцией буддийского экстаза, от него веет ледяным холодом, настоящим дыханием смерти. Во всех рассуждениях нет ни одного слова о любви. Но зато, сколько забот, дум, грез об "угашении", о "прекращении"...

Если конечная цель есть избавление от перевоплощений и совершенное уничтожение личного бытия, то добродетель низводится на степень лишь подготовительного средства, которое на известной ступени совершенства грозит стать помехой на пути к цели. Действительно, дела, совершенные в настоящей жизни, необходимо переводить к новому перевоплощению. Дурные дела не выгодны: они приведут к новому воплощению с увеличенными страданиями. Но и добрые дела приводят к новому воплощению; правда они обеспечивают "небесные радости», но они презренны, потому что они не вечны и не избавляют от возрождений.

"Как бы велики не были нужды и потребности других, никто не должен ради них жертвовать своим собственным спасением" – находим мы в своде буддийской морали.

Фон Шредер (исследователь индусской культуры) говорит: "Снова и снова, со стороны буддизма – отрицание; со стороны христианства – утверждение. Любить, страдать и, наконец, жить – вот обязанность, вот желание истинного христианина! Не любить, не страдать, не жить – вот идеал буддиста. Здесь воистину выясняется глубокая и широкая, не переходимая пропасть буддизма и христианства".

Практически одновременно с буддизмом в той же части света возникло другое знаменитое философское учение – конфуцианство. Его основатель – великий китайский философ Конфуций – делал главный упор в своем учении, носящем сугубо светский характер, на личную мораль и полагал, что наиболее достойный правитель тот, который служит своему народу и правит посредством своего положительного морального примера. В целом же конфуцианство, как и буддизм, делает больший акцент в своих воспитательных наставлениях на обязанностях человека, нежели на его правах, что всегда способствовало и до сих пор способствует росту жизнестойкости следующих этим этическим учениям народам и цивилизациям.

Важнейшие мысли древнекитайского мыслителя Кун-цю (Кун-фуцзы), известного европейцам как Конфуций (551 - 479 гг. до н.э.), изложены его учениками в сборнике "Луньюй" ("Беседы и высказывания") в V в. до н.э.

Главные творческие усилия Конфуций уделял формированию эталона высшей морали – идеального человека ("цзюньцзы"), которого противопоставлял простолюдинам. Цзюньцзы должен обязательно следовать ритуалу (ли), обладать добродетелью (дэ), любовью к людям (жень), чувством долга и справедливости (и), стремиться к знаниям (чжи), почитать старших, демонстрировать верность и преданность властям и пр. Все это, по мнению Конфуция, восходит к культуре, именно этим китайцы отличаются от варваров. Основными источниками естественного права, ритуала "ли" являются небо и дао.

Конфуций развивал патриархально-патерналистскую концепцию государства, в которой император – отец всех подданных. Конфуций обосновывает общественное неравенство, разделяя общество на высших (просвещенные правители, цзюньцзы) и низших, которые должны безоговорочно подчиняться высшим, что составляет их добродетель.

Лучшая форма правления по Конфуцию – аристократия, причем править должны аристократы знаний, а не аристократы крови или богатства. Правитель – сын (представитель) бога на земле. "Достигни любви народной", – советует Конфуций добродетельному государю. Вместе с тем, никто не вправе критиковать деяния императора.

Конфуций различал управление государством на основе добродетели и на основе позитивного закона, к последнему Конфуций относился нехорошо, ведь его нормы устанавливаются людьми, а не богом. Вместе с тем, Конфуций признавал за позитивным законом вспомогательную роль в управлении государством. И здесь с Конфуцием были не согласны легисты, превозносившие позитивный закон.

Имена людей, по Конфуцию, должны соответствовать их социальному статусу, дабы каждый знал свое место, свои права и обязанности и соответственно строил свое поведение. Чиновники являются помощниками государя в деле управления государством, при этом вся полнота государственной власти все же остается в руках императора.

Каждый должен держаться предначертанного ему жизненного пути (дао), быть бескомпромиссным в главном. Дао благородного государя – забота о своих подданных, о всеобщей справедливости. Государь должен прежде всего завоевать любовь и доверие своих подопечных. "Нужно постоянно самосовершенствоваться", – подчеркивал Конфуций.

Серьезное внимание Конфуций уделяет практическим советам по управлению государством: нужно опираться на добродетельных и знающих помощников; следует избегать рискованных решений, будучи всегда осмотрительным; никогда не следует попусту бросаться словами; не следует спешить с решениями; не надо чрезмерно увлекаться мелкими вопросами.

Конфуций никому не отказывал в учении и готов был воспитывать ученика всего за связку сушеного мяса. Конфуцианство призывает к просвещению, самосовершенствованию. Со II в. до н.э. и вплоть до установления коммунистического режима в 1949 г. конфуцианство с включенными в него элемента легизма являлось официальной идеологией Китая.

Из конфуцианской школы вышел Мо-цзы (479 - 400 гг. до н.э.), чьи высказывания были собраны учениками в сборнике "Мо-цзы" (IV в. до н.э.). Впервые для древнекитайской философии у Мо-цзы появляется идея выборности первого правителя. У Мо-цзы весьма сильны идеи социального равенства, критика социальной несправедливости. Мо-цзы выдвинул концепцию всеобщей и равновеликой любви. Очень похоже на "все люди – братья".

Идеи эгалитаризма Мо-цзы: отказ от роскоши и утонченной культуры древнекитайской аристократии, эксцессов церемониала, в общем, он выступал за "опрощение" (в отличие от утонченного и высококультурного Конфуция). Мо-цзы (в отличие от Конфуция и это роднит его с Шан-Яном) выступает за необходимость установления государством общеобязательных законов поведения, которые должны выполняться подданными под страхами неумолимого наказания.

Со времени Мо-цзы право в Древнем Китае стало ассоциироваться прежде всего не с ритуалом "ли" (как у Конфуция), а с наказанием ("син") и законом ("фа"). В этом смысле Мо-цзы оказался предшественником древнекитайского легизма.

Основателем же древнекитайского легизма считается Шан-Ян, создавший труд "Книга правителя области Шан" (IV в. до н.э.). Шан-Ян обосновывает управление, опирающееся на законы (фа) и суровое наказание, чем вступает в противоречие с конфуцианством, отдающим приоритет ритуалу (ли). Никакие призывы к добродетели а-ля Конфуций не помогут, утверждал практичный Шан-Ян, надо решительно усиливать централизованную администрацию, внушающий страх подданным аппарат управления и подавления (а в это время был государственный кризис династии Чжоу), ведь самое главное, как утверждал Шан-Ян, это обеспечить порядок в обществе и государстве. Закон должен быть универсален, общеобязателен, жесток, соблюдаться под страхом мощного наказания, он не подлежит обсуждению, должен исполняться беспрекословно.

Вместе с тем, закон, по мнению Шан-Яна, должен устанавливаться не произвольно, а лишь мудрыми людьми, хотя сам законодатель не связан законом. Если нужно – закон можно поменять, он не установлен раз и навсегда. Шан-Ян выступал за унификацию законодательства и создание модели "законнического государства". Он сторонник создания системы тотальной слежки, оправдывал коллективную ответственность – за преступление отвечают также родственники и соседи виновного, потому что они не донесли. Сходные идеи развивали и другие представители древнекитайского легизма, а со временем (со II в. до н.э.) смягченные посредством объединения с конфуцианством элементы легизма составили официальную китайскую идеологию.

Лао-цзы, основатель даосизма, оставил после себя трактат "Книга о дао и дэ", составленный его учениками в IV – III вв. до н.э. Лао-цзы мыслил так: мир не есть божественное творение, он создан естественными законами. Основой всего сущего является дао, определяющее миропорядок и являющееся естественной справедливостью, перед которой все равны. Все беды человечества – в стремлении к богатству, что является отходом от дао. Лао-цзы считает государство искусственным образованием, излишним для общества. Вместе с тем, Лао-цзы надеется, что нарушенное людьми дао сможет само восстановиться, поэтому не надо совершать никаких насильственных действий против государства (революции, восстания и пр.). Покой приносит только отсутствие желаний.

Чтобы приблизиться к истинному дао, нужно прежде всего обуздывать человеческие желания и страсти. Лао-цзы провозгласил принцип недеяния. Простота мудра, она основана не на знаниях, а на интуиции. "Мудрый, управляя людьми, делает пустыми их мозги и полными желудки" (Лао-цзы). "Кто стремится накопить, тот только теряет" (Лао-цзы). Лао-цзы осуждает войну и восхваляет мир.

Примерно в этот же период зарождались воспитательные основы светской идеологии и в Европе, прежде всего в Древней Греции. Одними из первых создателей такого рода идей были софисты – в дословном переводе мудрецы. Софисты были платными учителями мудрости, позже они выродились в обычных недобросовестных спорщиков. Среди старших софистов обычно называют Протагора, Горгия, Продика, Гиппия, Антифонта. Среди младших софистов можно выделить Фразимаха, Калликла, Ликофрона.

Древнегреческий мыслитель Протагор жил в 481 - 411 гг. до                               н.э. Протагор принадлежит к школе старших софистов, его даже считают главным софистом. Мерой всех вещей Протагор считал человека. Человек, прежде всего, является индивидом и гражданином полиса (т.е. частичкой большего целого). Все, измеряемое человеческой мерой, относительно, полагает Протагор, так как наши знания, полученные посредством ощущений, разнятся у разных людей. Поэтому нет единой истины, резюмирует он – о всякой вещи всегда существует два противоречивых мнения: справедливое и несправедливое, постыдное и прекрасное – одно и то же, смотря как (и кто) оценивает. Также весьма условно и изменчиво право, регулирующее поведение людей. Протагор создает миф о Прометее, объясняя, как было создано государство.

Протагор отмечает, что у разных народов существуют различные нормы права, т.е. единых представлений о законности в мире нет. Мерилом всех ценностей, справедливости является сам полис, общество. Государство само решает, что считать справедливым и прекрасным, а что – наоборот. Поэтому Протагор уравнивает право и закон, считая, что всякий закон справедлив, т.е. является правовым.

Естественный закон у Протагора – догосударственное состояние общества, которое не лучше и не хуже государственного. Протагор утверждает равенство всех людей по отношению к мудрости, к государственному управлению. По мнению Протагора, политическая добродетель должна быть достоянием всех граждан, иначе государство просто погибнет. В этих целях Протагор упоминал (одним из первых) необходимость государственного воспитания каждого гражданина.

Несмотря на типичные для софистов извороты и двусмысленности, Протагор отстаивает принципы справедливости, законности, государственного порядка.

Горгий из Леонтии (483 - 375 гг. до н.э.) отделяет неписаную справедливость (сущность дел, всеобщий божественный закон) от позитивного права, данного людьми. Горгий активно выступал против войны, за мир, призывал эллинов прекратить междоусобные войны и совместно бороться против варваров.

 Гиппий (460 - 400 гг. до н.э.) из Элиды. Гиппий особенно резко противопоставлял природу (фюсис) юридическому закону (номос). Законы природы – истинное, естественное право. Все люди равны между собой по природе, а не по закону, подчеркивал Гиппий. Естественное право есть справедливость, позитивный закон, данный государством, ей противоречит, так как устанавливает искусственные требования. Позитивный закон противоречит человеческой природе, он лишен свойства необходимости, так как постоянно меняется. В отличие от позитивных, естественные законы, по мнению Гиппия, (что в корне противоречит Протагору) одинаково выполняются в любой стране.

Антифонт (около 400 г. до н.э.) и Ликофрон (который, по-видимому, был современником Платона) разделяли пренебрежение Гиппия к позитивному закону, считая, что такое право является продуктом обычной человеческой договоренности. Антифонт утверждал, что предписания закона (в отличие от велений природы) условны и даже враждебны природе человека. Однако даже Антифонт и Ликофрон поддерживали существование рабства.

Антифонт и Ликофрон подчеркивали, что человеческие законы можно нарушить безнаказанно (ведь преступника могут и не найти), а вот нарушителя законов природы всегда ждет заслуженная кара. Основной труд Антифонта называется "Единомыслие", в нем написано, что человек должен жить преимущественно в государстве, при этом среди граждан должно существовать единомыслие в понимании закона. При этом право является гарантией личных прав человека, которые закрепляются и охраняются государством, так считал Ликофрон. Он же отрицал неравенство людей по природе.

Фразимах из Халкидона жил и творил в Древней Греции во второй половине V в. до н.э. Он был ярким софистом младшего поколения. Фразимах утверждал, что существует определенный принцип властвования: выгода сильнейшего. Поэтому в каждом государстве силу имеет тот, кто стоит у власти. Естественно, что любая власть, установив свои законы, объявляет их справедливыми.

Подданные всегда делают то, что угодно правителю, поскольку сила у него, подчеркивает Фразимах. Он стал разрабатывать авторитарную концепцию закона.

Софист Калликл был сторонником аристократии, т.е. правления лучших, был против демократии. Калликл считал, что законы издают не сильные, а слабые (демос), чтобы ограничить и запугать сильных (аристократию).

 Софисты были первыми настоящими теоретиками права, государства, политики, светского поведения. Идеи софистов получили второе рождение и вновь стали разрабатываться в Новое время.

Важный вклад в дело развития светской идеологии вслед за софистами внес великий древнегреческий философ Сократ (469 - 399 гг. до н.э.), который считал, что править должны знающие. Идеалом Сократа являлась аристократия мудрых. Настоящее знание, по Сократу, нужно получать не от учителя, а путем углубленного самопознания.

Требование Сократа "править должны знающие" относится ко всем политическим формам: "Цари и правители не те, которые носят скипетры, не те, которые избраны известными вельможами, и не те, которые достигли власти посредством жребия или насилием, обманом, но те, которые умеют править".

Подобный политический идеал правления знающих критически расходился с принципами как демократии, так и родовой аристократии, олигархии и тирании. Особо резко критиковал Сократ тиранию.

В плане практической политики сократовский идеал означал правление знающих, т.е. обоснование принципа компетентности правления, а в плане теоретическом – попытку выявить и сформулировать нравственно-разумную основу и сущность государства. Идеалом Сократа была аристократия знающих.

В основе характеристики различных форм государства лежал выдвинутый Сократом принцип законности. В вопросе о форме правления в государстве Сократ различает царство и тиранию, аристократию и олигархию, правильную демократию и неправильную демократию. Первая из форм правления в каждой паре – правильная, а вторая – неправильная. Эта классификация впоследствии (в переработке Аристотеля) стала классической.

Отрицательно Сократ относился к "крайней" демократии в родном полисе, при господстве которой Афины потерпели поражение от Спарты и потеряли свои ведущие позиции во всей Элладе. Сократ не верил в эффективность демократии, результативность деятельности народного собрания. Если, говорил Сократ, невозможно исполнять "установления предков", то, по крайней мере, следует подражать "тем, которые в настоящее время считаются первыми", т.е. Спарте.

Основные отступления сложившихся в Афинах общественно-политических порядков от разумных начал Сократ видел в тяге своих сограждан к стяжательству и в некомпетентности демократического правления.

Сократ первым выдвинул принцип законности и сам его по жизни всегда принципиально придерживался. Законность, по мнению Сократа, состоит в том, чтобы подчиняться законам своего государства. Свобода, по Сократу, – это прекрасное и величественное достояние и для человека, и для государства. Все законы взаимозависимы, так как обусловлены божественным первоисточником. Перед законом должны быть равны и правители, и подданные.

Многие видят в учении Сократа предпосылки договорной теории взаимоотношений гражданина и полиса, но стороны в таком договоре не равны, государство явно преобладает. Государство и издаваемые им законы являются высшими родителями, воспитателями и повелителями для своих граждан.

Следующим этическим учением, оказавшим неизгладимый след на развитие светской идеологии в воспитании человечества, следует считать сугубо светское учение об этике великого древнегреческого философа Аристотеля (IV в. до н.э.), который полагал высшее благо или высшей целью человеческой деятельности – блаженство, составляющими которого он считал чувство удовольствия и добродетель (деятельное стремление к добру, к избежанию зла). Последней всегда должно отдаваться предпочтение, как ценной себе самой. Добродетель, по мнению Аристотеля, вообще состоит в разумной деятельности, которая может быть теоретической и этической (практической), причем первая занимает высшее место.

В основе этических добродетелей лежит разум и воля, а также естественное предрасположение к доброму. Только тогда добродетель может быть прочным и неизменным состоянием души, каковым она и должна быть по своей идее. К важным добродетелям Аристотель относил справедливость и дружбу, основу которой он видел в том, что человек по природе стремится быть в общении с себе подобными, а идеал – в общем стремлении к доброму и прекрасному.

Этика имеет в виду отдельную личность (умение вести себя), политика – общество или, точнее, государство (умение управления государством). В силу присущего ему социального инстинкта человек нуждается в обществе не только для сохранения физической жизни, но и для нравственного прогресса. Отсюда государство – высшая форма человеческого общежития – по утверждению Аристотеля, как и его учителя Платона, имеет педагогическое (воспитательное) предназначение: задача его наряду с внешней охраной воспитыватьграждан к добродетели и блаженству.

Государственное устройство, по Аристотелю, должно соответствовать характеру и потребностям народа, для которого оно предназначено. Каждая форма правления (монархическая, аристократическая, демократическая) может быть хорошей, если ею достигается общее благо, а не выгода правителей, а такое в реальных условиях жизни может быть достигнуто только при аристократии (власти лучших), потому что именно этот государственный строй гарантирует выдвижение лучших по уму и нравственному достоинству людей. В принципе все граждане имеют право на участие в государственном управлении, но допускаются к нему по достижении зрелого возраста только получившие соответствующее воспитание и образование, поскольку только через правильное воспитание человек стремится достигнуть умственной и нравственной высоты.

В 529 г. римский император Юстиниан специальным декретом запретил преподавание греческой философии и закрыл платоновскую Академию в Афинах. Таким жестким путем на смену античной философии пришло христианство, и вслед за греческой школой этических учений, которые наряду с конфуцианством следует отнести к научно-атеистическому направлению в светском воспитании человечества, вновь на многие века возобладали несветские, религиозные учения. Одним из них, наиболее важным в воспитательном процессе человечества, следует считать собственно христианское учение. Эта монотеистическая религия привлекла к себе гораздо больше последователей, чем какая-либо другая. В настоящее время ее сторонниками на Земле считают себя более 1 миллиарда человек, хотя сама религия со временем распалась на три ветви (католицизм, православие и протестантизм) и многочисленные секты.

Историческими предпосылками появления христианства стало то, что  люди становились все более развитыми, их отношения в обществе упорядочивались, жизнь человека набирала цену. Среди подлинных людей интеллект стал цениться больше, нежели грубая физическая сила. Люди практически были готовы к тому, чтобы принять и пропустить через душу более утонченные и совершенные правила поведения в обществе, т.е. своего общежития.

Инициатором нового толчка в развитии древней религии, основанной на идеях единобожия – иудаизма, стал Иисус Христос, который в I в. новой эры вынес ее за пределы еврейской общины, дополнив своими идеями. В итоге Христос сформулировал основные принципы христианства, касающиеся человеческого поведения. Однако главным распространителем и популяризатором христианства все же считается Апостол Павел.

Большинство этических христианских норм поведения содержатся в Библии (Ветхий и Новый Заветы), которая вслед за Талмудом, в котором изложены религиозно-этические и правовые положения иудаизма (ветхозаветная мораль), стала по существу вторым в истории религиозным учебником для воспитания людей.

Нравственная суть христианства сосредоточена в Нагорной Проповеди – отрывке из Евангелия от Матфея (главы 5 - 7), где Христос проповедует основные моральные принципы своего учения (новозаветную мораль): любовь к Богу и ближнему, самоотверженный поиск истины, делание добра. В Нагорной Проповеди Христос обращается к ветхозаветному закону, подтверждая и углубляя его. Моральные требования Нагорной Проповеди обращены к личной совести человека и не предлагают какую-либо новую модель общественно-государственного устройства.

К новому в учении следует отнести девять новозаветных заповедей, носящих название Заповедей блаженства, которые представляют собою в сокращенном виде как бы все Евангелие. Характерно, что в отличие от 10 ветхозаветных заповедей, где говорится преимущественно о внешних поступках человека и налагаются строгие запрещения в категорической форме, в новых заострено внимание на внутренней настроенности человеческой души и излагаются не требования в категорической форме, а лишь условия, при соблюдении которых достижимо для человека вечное блаженство.

Евангелист Лука дополняет учение св. Матфея о блаженстве. Он приводит слова Иисуса Христа, содержащие предостережение тем людям, которые видят блаженство лишь в упоении земными благами. "Горе вам, богатые!" – говорит Христос, противопоставляя этих богатых нищим духом. Здесь имеются в виду не просто обладающие земным богатством, конечно, а уповающие на него, гордые, превозносящиеся, надменно относящиеся к другим людям. "Горе вам, пресыщенные ныне: ибо взалчете" – в противоположность "алчущим и жаждущим правды", это люди, не ищущие истин, но довольные своей лжеправдой. "Горе вам, смеющиеся ныне: ибо восплачете и возрыдаете" – такие, несомненно, противополагаются плачущим, это люди беспечные, легкомысленно относящиеся к провождаемой ими греховной жизни. Мир, во зле лежащий, любит тех, кто потворствует ему, кто живет по его порочным обычаям; поэтому: "горе вам, когда все люди будут говорить о вас хорошо" – это признак неблагополучия вашего нравственного состояния, ибо ценна положительная оценка лишь хороших людей.

К другим важным заповедям Нагорной Проповеди можно отнести следующие:

- Нельзя гневаться. Если следовать более глубокому и духовному пониманию и исполнению ветхозаветных заповедей, то мало только не убивать человека физически, нельзя убивать его и морально, гневаясь на него напрасно. Кротость и любовь христианина к ближним должна простираться до того, чтобы не только самому не гневаться ни на кого, но и ничем не вызывать гнева против себя со стороны других.

- Нельзя прелюбодействовать в сердце своем. Уточняя 7-ю заповедь закона Божия: "Не прелюбы сотвори", Христос учит, что не только внешнее действие прелюбодеяния есть преступление, но и внутреннее вожделение, взгляд на женщину с вожделением. Не всякий взгляд на женщину грех, но взгляд, соединенный с внутренним пожеланием совершить с нею грех прелюбодеяния.

- Нельзя разводиться. В связи с этим Христос запрещает мужу разводиться со своей женой "кроме вины любодеяния". Ветхозаветный закон Моисеев разрешает мужу развестись со своей женой, дав ей разводное письмо, письменное свидетельство, что она была его женой и что он отпускает ее от себя по такой или такой причине.

- Не клянись вовсе. Ветхозаветный закон запрещал употреблять клятву именем Божиим в делах пустых, тем более во лжи. Третья заповедь закона Божия запрещает употребление имени Божия всуе, запрещает всякого рода легкомысленное отношение к клятве именем Божиим. Современные Христосу иудеи, желая по букве исполнить это запрещение злоупотреблять именем Божиим, вместо этого, клялись небом или землей, Иерусалимом, своей головой и, таким образом, без употребления имени Божия, все же клялись и всуе и во лжи. Эти клятвы и запрещает Иисус Христос, ибо все сотворено Богом: клясться каким-либо Его творением значит клясться Сотворившим, и клясться Им во лжи значит оскорблять святость клятвы. Христианин должен быть настолько честным и правдивым, что ему должны верить по одному слову: "ей, ей: ни, ни" без всякой божбы. Но в важных случаях этим отнюдь не запрещается законная клятва или присяга. Запрещается клятва пустая, легкомысленная.

В древности месть была настолько распространена, что важно было хотя бы несколько умерить ее проявления, что и делал ветхозаветный закон. Заповеди Христа совсем отменяют месть, проповедуя любовь к своим врагам. Но изречение: "не противитися злу" никак нельзя понимать в смысле "непротивления злу вообще", как это делал Лев Толстой. Христос воспрещает восставать с ответной злобой против человека, причинявшего вам зло, но ко всякому злу, как к таковому, христианин должен быть совершенно непримиримым и должен бороться со злом всеми доступными ему мерами, не допуская только зла в свое собственное сердце. Не следует понимать буквально слова: "Но аще кто ударит тя в десную твою ланиту, обрати ему и другую", ибо известно, что сам Христос поступил иначе, когда его на допросе ударили по щеке. Он утверждал, что не только творящих зло вообще, но и наших личных обидчиков мы должны стараться исправлять. Запрещается злое чувство мстительности, но не борьба со злом. Запрещается также сутяжничество, а наоборот, предписывается удовлетворение нужд ближнего: "просящему у тебе дай!" Это, конечно, не исключает тех случаев, когда давать просящему не только не полезно, но и вредно: истинная христианская любовь к ближнему не допустит, например, дать нож просящему его убийце или яд желающему лишить себя жизни.

В Ветхом Завете мы не находим заповеди: "возненавидиши врага твоего", но, по-видимому, иудеи сами извлекли себе такую заповедь из заповеди о любви к ближнему, ибо "ближними" они считали только людей, близких по вере, по происхождению или по взаимным услугам. Остальные, т.е. иноверцы, иноплеменники и люди, выказавшие злобу, считались "врагами", любовь к которым казалась неуместной. Христос же заповедал, чтобы, «как Отец наш Небесный, чуждый гнева и ненависти, любит всех людей, далее злых и неправедных, как детей Своих, так и мы, желающие быть достойными сынами Отца Небесного, любили бы всех, даже врагов своих». Христос желает, чтобы его последователи в нравственном отношении были выше иудеев и язычников, любовь которых к другим людям основана в сущности на себялюбии. Любовь ради Бога, ради заповеди Божией, достойна награды, но любовь по естественной склонности или ради своей житейской выгоды, награды не заслуживает. Так, восходя постепенно все выше по лестнице христианского совершенства, христианин дойдет, наконец, до высочайшей и труднейшей для естественного и невозрожденного человека заповеди о любви к врагам, которой заключает Христос первую часть своей Нагорной Проповеди.

- Не судите, да не судимы будете – эти слова св. Лука передает так: "Не осуждайте, да не осуждены будете". Этим запрещается, следовательно, не "суждение" о ближнем, а "осуждение" его, в смысле пересудов, происходящих, по большей части, из каких-либо самолюбивых и нечистых побуждений, из тщеславия, гордости, запрещается злословие, злоязычие, злобное порицание чужих недостатков, проистекающее из чувства нелюбви, недоброжелательства к ближнему. Если бы заповедью запрещалось вообще всякое суждение о ближнем и его поступках, тогда не могли бы христиане исполнять своей обязанности – обличать и вразумлять согрешающих, что предписывается самим же Христом. Запрещается злое чувство, злорадство, но не сама по себе оценка поступков ближнего, ибо не замечая зла, мы легко могли бы начать относиться безразлично к злу и добру, потеряли бы чувство различения добра и зла. Вот как говорит об этом св. Златоуст: "Если кто прелюбодействует, неужели я не должен сказать, что прелюбодеяние есть зло, и неужели не должен исправить распутника? Исправь, но не как неприятель, не как враг, подвергая его наказанию, но как врач, прилагающий лекарство. Надо не порицать, не поносить, но вразумлять; не обвинять, но советовать; не с гордостью нападать, но с любовью исправлять".

- Просите, и дано будет вам. В этом наставлении Христос учит постоянству, терпению и усердию в молитве. Истинный христианин не станет в своей молитве домогаться получения чего-либо суетного, вредного для спасения души, а потому может быть уверен, что по молитве его "дастся" ему, как обещает Христос тому, кто усердно молится.

- Золотое правило. В заключение наставлений об отношении нашем к другим людям, Христос изрекает правило, которое называют "золотым": "во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними".

- Берегитесь лжепророков. Тут же Христос и предостерегает своих последователей от разных лжеучителей и лжепророков, каковыми в настоящее время считаются многочисленные сектанты, заманчиво проповедующие о легкости спасения. Как бы против современных сектантов, учащих об оправдании человека одною верою без добрых дел, направлены слова Христа, поясняющие, что мало только веры в Иисуса Христа, но нужна и жизнь, отвечающая этой вере, т.е. исполнение заповедей Христовых, добрые дела.

- Притча о благоразумном строителе. Ту же мысль Христос повторяет и в заключение всей своей Нагорной Проповеди: кто только слушает слова Христовы, но не исполняет их, т.е. не творит добрых дел, тот подобен человеку, создавшему свой дом на песке, и только исполняющий на деле заветы Христова учения подобен построившему свой дом на камне. Это сравнение особенно близко и понятно было иудеям, ибо в Палестине бывало частым явлением, как сильные проливные дожди, сопровождаемые бурями, сносили дома, построенные на песчаном грунте.

В России получила распространение ортодоксальная ветвь христианства – Православие, которое является преобладающей религией также в Греции, Румынии, Сербии, Грузии. Русская культура, русская государственность были построены на Православии при активном участии Церкви.

Важнейшими источниками православного вероучения являются Священное Писание и Священное Предание. Священное Писание – это Библия (книги Нового и Ветхого Завета, в которых содержится описание откровения Божьего). Библия в Православии понимается только в контексте предания, т.е. творений Святых Отцов, в текстах богослужений, догматических определениях и постановлениях Вселенских Соборов, правилах или канонах Церкви. Все это в совокупности называется Преданием и поясняет, как следует православному человеку понимать все основы веры. На Предании держится вся духовная жизнь Православия.

Православные исповедуют веру "во Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь". Церковь, в православном понимании, – это богочеловеческий организм во главе с Господом Иисусом Христом, явленный в видимом мире как от Бога установленное общество людей, объединяемых Святым Духом, Православной Верой, Законом Божиим, иерархией и Таинствами. Днем основания Церкви почитается день Пятидесятницы – пятидесятый день после воскресения Иисуса Христа, когда на апостолов снизошел Дух Святой. Составляя одно духовное тело, имея одну Главу – Христа и одушевляемая одним Духом Святым, Церковь называется Единой.

Отдельное существование поместных Православных церквей в разных странах, например Константинопольской, Антиохийской, Иерусалимской, Русской и др., не нарушает единства Церкви Христовой, так как все они являются частями Единой Церкви. Единство это проявляется в едином исповедании всеми православными христианами догматических основ Православной Веры, в единых Таинствах Церковных, в единстве епископата.

Православная Церковь имеет иерархию. Высшим и важнейшим чином является чин епископа. Епископ представляет всю полноту Церкви, он возглавляет большую церковную общину на определенной территории (епархии), духовно руководит верующими своей епархии. Именно епископ совершает таинство священства, т.е. рукополагает священнослужителей, епископа же рукополагает собор епископов. В лице епископов Церковь хранит апостольское преемство – череду рукоположений, непрерывно восходящую к апостолам, получившим благодать от Самого Иисуса Христа. Все епископы равны по данной им благодати, но по степени старшинства различают также архиепископов и митрополитов. Патриарх – епископ, поставленный предстоятелем большой поместной церкви. Пресвитеры, или священники, следующий чин иерархии, совершают по благословению своего епископа все таинства (кроме рукоположения). Диаконы сами не совершают богослужений, но помогают епископу или священнику. Духовенство делится на белое и черное. Белое духовенство – священники и диаконы, имеющие свои семьи. Черное – монашествующие, т.е. принесшие особые обеты служения Богу, в том числе обет безбрачия. Монахи могут не принимать священного сана, либо могут быть рукоположены в сан диакона (иеродиакон), или священника (иеромонах). Настоятели монастырей носят сан игумена или архимандрита. Епископы поставляются только из монашества.

Православная Церковь учит, что есть два пути для спасения человека. Один путь – это путь уединения, отрешения от мира, путь монашеский. Это путь напряженной борьбы человека с грехами, с пороками, подчинения своей воли целиком и полностью воле Божьей. Это путь подвижничества и особого служения Богу, Церкви и ближним. Другой путь – это путь служения в миру. Это путь семейной жизни. Семья рассматривается Православной Церковью, как один из важнейших институтов общественной жизни и одновременно как путь для спасения человека. Семья называется на церковном языке малой церковью или домашней церковью. Именно с семьи начинается вхождение человека в Церковь большую, его путь к спасению. Именно в семье вырабатываются основные нормы общественного поведения человека с пониманием того, что каждый член общества и каждый член семьи несет особое послушание. Так, муж – глава семьи, а жена является помощницей мужу. Муж должен все заботы и все свои силы посвятить своей жене и своей семье. Христианская семья построена на любви, на самоотречении человека, на жертвенности его по отношению к другим членам своей семьи. Такова любовь и старших по отношению к младшим, и младших по отношению к старшим. В отличие от иудеев выходным днем недели у христиан является воскресенье.

Таковы вкратце церковные структурные особенности и нравственные основы поведения, характерные для христианского учения.

Третьим и пока наиболее влиятельным среди современных религиозных учебников по поведению стал Коран – главная священная книга мусульман (написана в VII - VIII вв.), представляет собой собрание проповедей, обрядовых и юридических установлений, заклинаний, молитв, назидательных рассказов и притч, произнесенных основателем ислама, самой молодой из мировых религий, Мухаммедом в Мекке и Медине. По законам ислама в настоящее время в мире проживают и строят свое поведение более 600 миллионов человек, исповедуя, что "нет никакого божества, кроме Аллаха, а Мухаммед – пророк Аллаха".

Мухаммед родился в Мекке в 570 г. и умер в 632 г. Созданная им община стала основой сформировавшегося впоследствии государственного образования – Арабского халифата. Примерно в то же время в исламе произошло формирование двух основных течений – суннизма и шиизма.

Аллах – имя Бога мусульман, не поддающееся буквальному переводу. Слово "ислам" в переводе с арабского означает "покорность", "служение". Ислам часто называют мусульманством (от арабского "муслим" – "тот, кто покоряется"). Покоряется мусульманин воле Аллаха, открытой людям через Мухаммеда.

Согласно вере мусульман Аллах передал Мухаммеду через ангела "Коран" – священное писание. Мусульмане признают часть Библии (закон Моисея, псалмы Давида и Новый Завет), но считают, что откровение Мухаммеда превосходит и вбирает в себя все предыдущие откровения. В случаях противоречия Корана Библии за истинное принимается изложение Корана.

Коран состоит из 114 откровений (сур). Суры расположены в порядке возрастания их длины, причем хронологическая последовательность событий, описываемых в Коране, не соблюдается. Помимо Корана, источником вероучения является Сунна – рассказы о жизни Мухаммеда и его высказывания в виде хадисов (сказаний).

В настоящее время ислам разделен на несколько течений. Большая часть мусульман мира принадлежит к суннитам (от слова "сунна"). В частности, к ним относятся около 90% мусульман Ближнего Востока. Сунниты придерживаются достаточно умеренных взглядов.

Другое крупное течение ислама – шииты. Их меньше, чем суннитов. Они более буквально понимают Коран и более тщательно исполняют в жизни требования ислама, более воинственны и фанатичны. Особенно много шиитов в Иране (около 93%).

Еще одно течение – ахмадие. Образовалось оно в 1900 г. Его представители, несмотря на свою малочисленность, часто являются инициаторами многих кампаний против "неверных". В Америке ахмадии часто пропагандируют свои взгляды среди молодежи, особенно среди студентов. Существуют в исламе и секты.

Для мусульман единственным истинным Богом является Аллах. Во избежание праведного гнева Аллаха и для достижения вечной жизни необходимо во всем следовать его воле и соблюдать его заповеди. Ислам – не только религия, но и образ жизни. В исламе можно выделить следующие главные предметы веры: 1) в единого Бога; 2) в посланничество Мухаммеда и Писания (в Коране перечисляются пять пророков-посланников: Ной (Нух), Авраам (Ибрагим), Моисей (Муса), Иисус (Иса), Мухаммед); 3) вера в ангелов; 4) в воскресение после смерти и в судный день.

Обязательны для мусульманина также следующие пять "столпов веры":

1) чтение шахады ("нет никакого божества, кроме Аллаха, а Мухаммед – пророк Аллаха");

2) пять обязательных молитв в день ("намаз"), выполняемые по-арабски стоя на коленях с поклонами в сторону Мекки;

3) соблюдение постов в течение месяца рамадан, когда мусульмане обязаны воздерживаться от любой пищи и питья от восхода до заката (однако после захода солнца разрешается вкушать пищу без каких бы то ни было ограничений, что на практике приводит к организации большинством мусульман обильных ночных пиршеств);

4) паломничество ("хадж") в Мекку по меньшей мере раз в жизни мусульманина;

5) пожертвования нуждающимся и на нужды духовенства до 1/40 своих доходов (что носит, в основном, скорее рекомендательный характер).

Считается, что при соблюдении этих и других заповедей Аллах, который строго судит человека, даст возможность верующему достичь вечной жизни, которая представляется как место полного удовлетворения человеческих потребностей. В отличие от христианского понимания, бог ислама – бог воздаяния за дела, бог-судья, который каждому человеку предопределяет его судьбу.

С древних времен непременным условием веры было ведение священной войны, "джихад", и мусульмане считали своим долгом убить хотя бы одного "неверного".

Иисус Христос принимается как один из пророков для своего народа и своего времени, но Его Божественность и реальность Боговоплощения отрицается. Большинство мусульман считает, что перед крестными страданиями Христос чудесным образом заменил Себя другим человеком, а Сам был взят на небо живым.

Вообще ислам представляет собой нерасторжимое единство веры, государственно-правовых установлений и определенных форм культуры. Исламу не свойственно разделение сферы жизни на светскую и религиозную части. Эта неразделенность привела к появлению Шариата – закона, который основан на интерпретации положений Корана и Сунны и содержит религиозные установления, правовые нормы, нравственные и бытовые предписания.

Руководство религиозной жизнью мусульман в конкретном регионе (государстве) осуществляется наиболее авторитетными священнослужителями, выбираемыми или назначаемыми светской властью. Это – муфтий у суннитов или шейх-уль-ислам у шиитов; надзор за соответствием шариату ведут шариатские судьи – кази. В настоящее время муфтий утверждает имамов мечетей, в которых они являются полноправными руководителями. Имам ответствен за хозяйство, финансы мечетей, духовную жизнь прихожан, он же – хранитель печати. Ближайшие помощники его – наиб-имам (заместитель) и казначей. При каждой мечети для решения административных вопросов образуется коллегиальное собрание.

В теоретической части мусульманской веры есть много спорных моментов. Так в ней утверждается:

а) что все, происходящее в мире, подчинено безусловному предопределению Божию, а иначе происходить не может (сюр. 17:13; 9:53);

б) что, в частности, и каждый человек имеет свою неизбежную, неотвратимую судьбу (сюр. 17:13), каждому предназначается известный образ жизни и деятельности, доброй или злой, – чем явно подрывается всякая свобода и нравственность, и Бог становится виновником зла;

в) что Бог сотворил многих людей для геенны, и потому в собственном смысле есть деспот (сюр. 7:180; 37:163; 3:189);

г) что всеобщий суд при кончине мира будет продолжаться 5000 лет;

д) что вечное блаженство праведников в раю будет состоять в самых грубых чувственных удовольствиях (сюр. 2:25; 37:41; 55:45)

и пр.

В практической части мусульманская вера –

а) хотя нередко говорит о любви к Богу, но эта любовь необходимо превращается в рабский страх и слепую преданность судьбе;

б) говорит также о любви к ближним, но число ближних ограничивается только одними правоверными, т.е. мусульманами, и притом друзьями;

в) по отношению же к иноверцам – заповедует преследовать их и убивать за несогласие принять мусульманство (сюр. 47:4); г) по отношению к врагам и оскорбителям – позволяет мщение и даже убийство (сюр. 42:38).

Кроме того –

д) позволяется многоженство и наложничество (сюр. 4:3; 2:224; 36:50);

е) запрещается всякое исследование в деле веры под страхом смертной казни;

ж) повелевается распространять веру мечом и насилием (сюр. 8:4; 9:13);

з) предписывая многочисленные обрядовые постановления, как то: посты, омовения, разные роды молитвы, путешествия в Мекку, воздержание от некоторых яств и питий и т.д., дает всем этим вещам такую цену, что от них будто вполне зависит вечное спасение человека.

Неизбежным плодом такого учения выходит то, что вся мусульманская нравственность ограничивается строгим исполнением внешних постановлений, и на духовное исправление не обращается почти никакого внимания.

Нет необходимости подробно пересказывать содержание всего Корана – он общедоступен, как и Библия. Для наглядности приведем лишь в качестве примера начальные пункты 4-й и 5-й сур:

Сура 4. ЖЕНЩИНЫ

Во имя Аллаха милостивого, милосердного!

1(1). О люди! Бойтесь вашего Господа, который сотворил вас из одной души и сотворил из нее пару ей, а от них распространил много мужчин и женщин. И бойтесь Аллаха, которым вы друг друга упрашиваете, и родственных связей. Поистине Аллах – над вами надсмотрщик!

2(2). И давайте сиротам их имущество и не заменяйте дурным хорошего. И не ешьте их имущество в дополнение к вашему, – ведь это – великий грех!

3(3). А если вы боитесь, что не будете справедливы с сиротами, то женитесь на тех, что приятны вам, женщинах – и двух, и трех, и четырех. А если боитесь, что не будете справедливы, то – на одной или на тех, которыми овладели ваши десницы. Это – ближе, чтобы не уклониться (4). И давайте женам их вино в дар. Если же они соблаговолят чем-нибудь из этого для вас, то питайтесь этим на здоровье и благополучие.

4(5). И не давайте неразумным вашего имущества, которое Аллах устроил вам для поддержки, и наделяйте их из него, и одевайте их, и говорите им слово благое.

5(6). И испытывайте сирот, а когда они дойдут до брачного возраста, то если заметите в них зрелость разума, отдавайте им их имущество; и не пожирайте его расточительно и торопливо,

6. пока они не вырастут. А кто богат, пусть будет воздержан; а кто беден, пусть ест с достоинством.

7. А когда вы отдаете им их имущество, то берите к ним свидетелей. И довольно Аллаха как счетника!

8(7). Мужчинам – удел из того, что оставили родители и близкие, и женщинам – удел из того, что оставили родители и близкие, – из того, что мало или много, удел определенный.

9(8). А когда присутствуют при разделе родственники, сироты и бедняки, то наделяйте их из этого и говорите им слово благое.

10(9). И пусть боятся те, которые, если бы оставляли позади себя слабое потомство, боялись бы за них. Пусть же они боятся Аллаха и говорят слово твердое!

……….

Сура 5. ТРАПЕЗА

Во имя Аллаха милостивого, милосердного!

1(1). О вы, которые уверовали! Будьте верны в договорах. Дозволено вам всякое животное из скота, кроме того, о чем читается вам, без дозволения для вас охоты, когда вы в хараме. Поистине, Аллах решает то, что захочет!

2(2). О вы, которые уверовали! Не нарушайте обрядов Аллаха, ни запретного месяца, ни жертвенных животных, ни украшенных, ни стремящихся к дому запретному, которые ищут щедрости от их Господа и благоволения.

3. А когда вы в состоянии дозволенности, то охотьтесь, и пусть не навлекает на вас греха ненависть к людям за то, что они отклонили вас от священной мечети, до того, что вы преступите. И помогайте одни другим в благочестии и богобоязненности, но не помогайте в грехе и вражде. И бойтесь Аллаха: поистине, Аллах силен в наказании!

4(3). Запрещена вам мертвечина, и кровь, мясо свиньи, и то, что заколото с призыванием не Аллаха, и удавленная, и убитая ударом, и убитая при падении, и забоданная, и то, что ел дикий зверь, – кроме того, что убиты по обряду, – и то, что заколото на жертвенниках, и чтобы вы делили по стрелам. Это - нечестие. Сегодня отчаялись те, которые не веровали, в вашей религии; не бойтесь же их, а бойтесь Меня.

5. Сегодня Я завершил для вас вашу религию, и закончил для вас Мою милость, и удовлетворился для вас исламом как религией. Кто же вынужден в голоде, не склоняясь в греху, – то ведь Аллах – прощающий, милостивый!

6(4). Они спрашивают тебя: что им дозволено? Скажи: "Дозволены вам блага и то, чему вы научили хищных животных, дрессируя их, как собак, которых вы учите тому, чему научил вас Аллах. Ешьте же то, что они схватят для вас, и поминайте над этим имя Аллаха; и бойтесь Аллаха, – поистине, Аллах скор в расчете!

7(5). Сегодня разрешены вам блага; и пища тех, кому даровано писание, разрешается вам и ваша пища разрешается им. И целомудренные из верующих и целомудренные из тех, кому даровано писание до вас, если вы им дали их вознаграждение, будучи целомудренными, не распутничая и не беря наложниц. А если кто отрекся от веры, то у него – дело тщетно, и он в последней жизни – в числе потерпевших убыток".

8(6). О вы, которые уверовали! Когда вы встаете на молитву, то мойте ваши лица и руки до локтей, обтирайте голову и ноги до щиколоток.

9. А если вы не чисты, то очищайтесь; и если вы больны или в пути, или кто-нибудь из вас пришел из отхожего места, или вы касались женщин и не найдете воды, то омывайтесь хорошо песком, – обтирайте им свои лица и руки. Аллах не хочет устроить для вас тяготы, но только хочет очистить вас и чтобы завершить Свою милость вам, – может быть, вы будете благодарны!

10(7). Вспоминайте милость Аллаха вам и Его завет, который Он заключил с вами, когда вы сказали: "Мы слышали и повинуемся!" Бойтесь Аллаха, – ведь Аллах знает про то, что в груди!

……..

В отличие от иудеев и христиан свободным от работы днем недели у мусульман принято считать пятницу.

 

Итак, несмотря на определенное засилье, особенно в средние века, различных религиозных учений и наставлений по поведению людей, они не смогли привести к полному счастью и процветанию человечества, торжеству разума и нравственности. Повсюду на Земле происходили кровопролитные войны, причем наиболее жестокие носили именно религиозный характер. Уже сама полифония религиозных учений, их многообразие, несмотря на их монотеизм, не позволило создать единого для всего человечества религиозного учения о нравственности и достойном поведении, которое послужило бы целям объединения самого человечества. И это закономерно.

При существующих в настоящее время более 400 теистических версий со своими нравственными учениями и наставлениями, при этом часто прямо противоположными, ни о каком едином боге для всего человечества не может идти даже речи. Каждая из теистических версий считает себя единственно правильной и подлинно истинной. Уже одно это можно считать безнравственным.

Это со временем стали понимать мудрые правители разных стран, начавшие постепенное отделение церкви от государства, вводя одновременно правовое регулирование светской жизни и светское воспитание граждан, чему учили когда-то древние философы. Но для наставления светскому поведению нужны были соответствующие светские учебники по поведению – церковные наставления для этого уже были непригодны. Поэтому вновь вспомнили о нерелигиозных наставлениях, поскольку только такого рода наставления могут быть универсальны, отвечать государственным интересам и способствовать унифицированному просвещению как отдельных людей, народов, так и человечества в целом.

Регулирование общественной жизни требовало унификации и все большей регламентации. Многочисленные указы и правителей требовали определенной систематизации. Поэтому первым таким фундаментальным сводом законов поведения по справедливости следует считать КОДИФИКАЦИЮ ЮСТИНИАНА – "Корпус гражданского права" (Corpus juris civilis), представляющую систематическое собой собрание римских законов и сочинений, т.е. изложение византийского права VI в. Включает Институции, Дигесты и Кодекс Юстиниана I, который вобрал в себя все императорские указы и постановления за период I - VI вв. Основа Кодификации Юстиниана – Римское право (Roman law), переработанное с учетом новых экономических условий, фактически ставшее гражданским правом. Затем Юстиниан решил таким же образом систематизировать и так называемое "древнее право" (jus vetus), т.е. сочинения римских юристов, их комментарии к гражданскому и преторскому праву. Одновременно по поручению Юстиниана были подготовлены Институции, т.е. соответствующий учебник для студенчества.

Особенности Римского права заключаются в использовании кодексов, формулирующих правовые принципы. Деление законов на четыре вида консолидировало право: 1. Институты (установления), содержащие основные элементы юриспруденции, изложенные в дидактической форме. 2. Дигесты – сборники, в которые включены различные правила, выработанные на основе установлений и сопровождаемые разъяснениями закона, – представлены в виде краткого руководства и состоят из 50 книг. Вместе взятые, они представляют собой основополагающие принципы права и полномочий. 3. Кодекс Юстиниана, состоящий из 12 книг, каждая из которых делится на несколько частей. Первые 9 книг назывались Кодексом, остальные три – Общественное право. 4. Новеллы (Дополнения).

На протяжении многих веков Кодекс Юстиниана служил главным источником права, т.е. регламентации светского поведения в большинстве европейских стран, в том числе в России, и вплоть до настоящего времени остается основой европейского, так называемого романо-германского права.

Другим важным сводом законов, регламентирующим светское поведение, следует считать Французский гражданский кодекс 1804 г.Кодекс Наполеона, действующий до сих пор гражданский кодекс Франции. Он был составлен при активном участии Наполеона и включает нормы гражданского, семейного, процессуального и частично трудового права. Кодекс закрепил свободу частной собственности, провозгласив это право священным и неприкосновенным.

Важнейшим принципом Кодекса Наполеона является принцип равенства всех людей перед законом. Состоял кодекс из трех частей – лица, вещи, обязательства. Структура кодекса заимствована из римского права (Институции Гая). На основе римского права, приспособленного к обстоятельствам, были написаны вещное и обязательственное право. Семейное и наследственное право основывалось на старом французском обычном праве. Последнее официальное издание Кодекса состоялось в 1816 г. Кодекс послужил образцом для законодателей многих стран.

Сегодня системы гражданского права существуют во всех странах-членах Европейского союза, за исключением Ирландии и Великобритании. Правовая система Европейского сообщества в большей мере испытала на себе влияние традиций гражданского права, чем английского обычного права.

Римское право пользовалось влиянием в Великобритании более трехсот лет, начиная с периода правления императоров от Клавдия до Гонория. Однако оно так и не смогло укорениться, и английское право развивалось собственным путем, основываясь больше на обычном праве, чем на Кодексе Юстиниана.

На Руси сборник норм древнерусского права появился только в XI в. под названием «Русская правда". Ее автором считается Ярослав Мудрый. Продолжением «Русской правды" является "Правда Ярославичей" (1072 г.), которой завершено начало правового оформления светских отношений на Руси. Позднее при Иване III в 1497 г. был принят “Судебник», представлявший собой сборник законов Русского государства, который кодифицировал нормы обычного права, уставные грамоты, княжеские указы и т.д. Все это способствовало централизации Русского государства. Затем при Иване IV в 1550 г. вышел новый “Судебник», в котором были значительно расширены статьи закона предыдущего «Судебника».

В качестве же первого светского учебного наставления по поведению в Древней Руси можно считать появившееся в XII в. и дошедшее до нас «Поучение к детям». В нем русский князь Владимир Мономах призывал трудиться, творить добро, укрощать гнев и иметь «душу честную, язык воздержанный». Он так учил вести себя:

«При старших молчать, мудрых слушать, старшим повиноваться, с равными себе и младшими в любви пребывать, без лукавого умысла беседовать, побольше вдумываться, а не неистовствовать словом, не осуждать речью, не много смеяться…».

В Поучении князь Владимир обращается к «детям» – не только к своим сыновьям, но и ко всем младшим современникам и потомкам с моральными наставлениями. Кроме общехристианских заветов – призывов к благочестию, «покаянию, слезам и милостыни», трудолюбию, нищелюбию, щедрости, справедливости, Владимир Мономах дает и конкретные советы повседневного поведения: за всем следить самому в своем доме, не полагаясь на тиунов (управителей) и слуг. В походах не надеяться на воевод, а самим устанавливать ночную стражу, не спешить на ночь снимать оружия, пока нет уверенности в полной безопасности. Он призывает следить за тем, чтобы воины не чинили насилия жителям ни своим, ни чужим. Вновь возвращаясь к бытовым советам, Владимир Мономах призывает любить свою жену, но не давать ей над собой власти, постоянно всему учиться и приводит в пример своего отца, который, «дома сидя, научился пяти языкам».

Поучение Владимира Мономаха исключительно редкий по жанру памятник, имеющий лишь весьма далекие аналоги в современных ему европейских литературах.

Понимание необходимости широкого светского воспитания населения усилилось со временем и проявилось более отчетливо при первом русском царе Иоанне Грозном в середине XVI в. Это выразилось в написании специализированного учебника по поведению под названием «Домострой». Этот учебник был рассчитан на широкие слои населения, и хотя в этом наставлении еще много пунктов, связанных с церковью, но в них содержится уже немало и чисто светских советов и рекомендаций по поведению в быту и в обществе.

Наш русский Домострой сложился не сразу. Вначале он бытовал как назидательный сборник среди торгово-промышленного люда Великого Новгорода, обрастал постепенно новыми наставлениями и советами. В окончательном виде Домострой сложился в эпоху великих обобщений, подытоживания национального опыта, объединения и консолидации. В это время знаменитый Стоглав (1551 г.) стал энциклопедией церковных правил и порядков, «Великие Минеи Четьи» (1541 - 1552 гг.) – двенадцатитомной энциклопедией «всех книг, на Руси читаемых», десять томов Лицевого Летописного свода – иллюстрированной энциклопедией русской и всемирной истории. Наконец, явился и Домострой – энциклопедия семейной жизни, домашних обычаев, традиций русского хозяйствования – в общем, всего многообразного спектра человеческого поведения. Автором книги, точнее, составителем и редактором был известный церковный и государственный деятель того времени священник Сильвестр, духовник Ивана Грозного.

Ниже приводится содержание глав этой книги:

1. Поучение отца сыну.

2. Как христианам веровать во святую Троицу и пречистую Богородицу и в крест Христов и как поклоняться святым небесным силам бесплотным, и всем честным и святым мощам.

3. Как причащаться тайнам божьим и веровать в воскресение из мертвых и Страшного суда ожидать, и как прикасаться ко всякой святыне.

4. Как всею душой возлюбить Господа и ближнего своего, страх божий иметь и помнить о смерти.

5. Как царя или князя чтить и во всем им повиноваться, и всякой власти покоряться, и правдой служить им во всем, в большом и в малом, а также больным и немощным – любому человеку, кто бы он ни был; и самому обдумать всё это.

6. Как людям почитать отцов своих духовных и повиноваться им во всем.

7. Как почитать архиереев, а также священников и монахов, во всех скорбях душевных и телесных с пользою им исповедоваться.

8. Как христианам врачеваться от болезней и от всяких страданий – и царям, и князьям, и всяких чинов людям, архиереям, и священникам, и монахам, и всем христианам.

9. Как всякого посещать в страдании в монастырях, больницах и в темницах.

10. Как в церкви божий и в монастыри приходить с дарами.

11. Как дом свой украсить святыми образами и в чистоте содержать жилище.

12. Как мужу с женою и с домочадцами дома у себя молиться Богу.

13. Как мужу и жене молиться в церкви, чистоту хранить, всякого зла избегая.

14. Как в дом свой приглашать священников и иноков для молитвы.

15. Как с домочадцами угощать благодарно приходящих в дом твой.

16. Как мужу с женой советоваться о том, что ключнику наказать о столовом обиходе, о кухне и о пекарне.

17. Наказ ключнику на случай пира.

18. Наказ господина ключнику, как готовить блюда постные и мясные и кормить семью в мясоед и в пост.

19. Как воспитать своих детей в поучениях разных и страхе божьем.

20. Как воспитать дочерей и с приданым замуж выдать.

21. Как детей учить и страхом спасать.

22. Как детям любить и беречь отца и мать, и повиноваться им, и утешать их во всем.

23. Похвала мужьям.

24. Как рукодельничать всякому человеку и любое дело делать, благословясь.

25. Наказ мужу и жене, и детям, и слугам о том, как следует им жить.

26. Каких слуг держать при себе и как о них заботиться во всяком их учении и по божественным заповедям, и в домашней работе.

27. Если муж сам добру не учит, то накажет его Бог; если же и сам добро творит, и жену и домочадцев тому учит – примет от Бога милость.

28. О неправедном житье.

29. О праведном житии.

30. Как человеку жить по средствам своим

31. Кто живет нерасчетливо.

32. Кто содержит слуг без присмотра.

33. Как мужу воспитывать свою жену в том, чтобы сумела и Богу угодить и к мужу своему приноровиться, чтобы могла дом свой получше устроить и всякий домашний обиход и рукоделье всякое знать, и слуг обучать, и самой - трудиться.

34. О мастерицах хороших женах, о запасливости их и о том, что кроить, как сохранять остатки и обрезки.

35. Как кроить различную одежду и беречь остатки и обрезки.

36. Как сохранить порядок домашний и что делать, если придется у людей чего попросить или людям свое дать.

37. Как хозяйке следует повседневно приглядывать за слугами в домашнем хозяйстве и рукоделии, а самой ей – все хранить и приумножить.

38. Когда посылаешь на люди слуг, вели не болтать лишнего.

39. Как жене с мужем советоваться каждый день и обо всем спрашивать: и как в гости ходить, и к себе приглашать, и с гостьями о чем беседовать.

40. Наказ женам о пьянстве и о хмельном питье (и слугам также): чтобы тайком не держать ничего нигде, а навету и обману слуг без дознания не доверять; строгостью их наставлять (да и жену также), и как в гостях пребывать и дома себя вести правильно.

41. Как жене носить разную одежду и как шить ее.

42. Как в полном порядке посуду хранить и вести домашнее хозяйство, все комнаты содержать хорошо в чистоте; как хозяйке в том слуг наставлять, а мужу – проверять жену, поучать и божьим страхом спасать.

43. Как самому хозяину, или кому он прикажет, припасы на год и иной товар закупать.

44. Как себе на расход купить разный товар заморский из дальних земель.

45. Когда и что покупать тому, у кого деревень нет, всякие домашние припасы, летом и зимой, и как запасать на год, и как дома разводить всякую скотину, еду и питье держать постоянно.

46. Как сохранить припасенный впрок всякий припас постный.

47. О прибыли от запасенного впрок.

48. Как огородом и садом заниматься.

49. Какие запасы напитков держать хозяину для себя и гостей, и как слугам их приготовить.

50. Наставление поварам: как пиво варить и мед сытить, и вино курить.

51. Как ключнику присматривать за поварами, за хлебопеками, и всюду - за всем хозяйством.

52. Как в житницах и в закромах у ключников в сохранности было бы все зерно и прочий припас.

53. Также и в сушильне присматривать ключнику за рыбой, сушеной и вяленой, за пластовым мясом и языками.

54. Как все сохранять в погребе, на леднике и на погребнице.

55. Как по наказу хозяйскому ключнику в клетях, подклетях и в амбарах держать все в порядке.

56. Как держать на сеновалах сено и лошадей в конюшнях, а на дворе запас дров и леса, и скотину всю беречь.

57. Как готовить на кухнях, в пекарнях и в рабочих комнатах, и как в сготовленном разобраться.

58. Как самому хозяину получше присматривать за погребами и ледниками, в житницах и в сушильнях, в амбарах и в конюшнях.

59. Как хозяину, выведав все, по заслугам жаловать слуг, а плохих наказывать.

60. О торговцах и лавочниках: как лучше с ними расплачиваться.

61. Как устраивать двор или лавку, или амбар и деревеньку.

62. Как подворное тягло платить или с лавки позем или с деревни подать, а должникам – возвращать долги.

63. Указание ключнику, как хранить в погребе всякие припасы соленые – и в бочках, и в кадках, и в мерниках, и в чанах, и в ведерках мясо, рыбу, капусту, огурцы, сливы, лимоны, икру, рыжики и грузди.

64. Записки на весь год, что к столу подавать, еду мясную и постную, и о крупитчатой муке, как готовить муку и чего из четверти калачей столовых, и о всяких калачах.

65. Правило о разных медах сыченых, как сытить меды всякие, как ягодный морс готовить, и квас медвяный простой ставить, и пиво простое подсычивать медом, и закваску сготовить.

66. Правила о всяких овощах разных, как их готовить, обделывать и хранить. Записки другого извода на весь год: столовые блюда подают в Успенский мясоед.

67. Чины свадебные; о том, как князю молодому жениться – четыре статьи, четыре обряда: большой и средний и малый обряд.

Предполагалось, что сводом изложенных правил поведения должен был руководствоваться каждый гражданин страны. На первом месте в нем ставится задача нравственного и религиозного воспитания, которую должны иметь в виду родители, заботясь о развитии своих детей. На второе место выносилась задача обучения детей тому, что необходимо в «домашнем обиходе», и на третьем месте стояло обучение грамоте, книжным наукам.

Домострой является не только сочинением нравоучительного и семейно-бытового типа, но и своеобразным кодексом социально-экономических норм гражданской жизни русского общества.

Для примера можно привести отдельные главы Домостроя, которые выглядят следующим образом:

Глава 1. ПОУЧЕНИЕ ОТЦА СЫНУ

Благословляю я, грешный (имярек), и поучаю, и наставляю, и вразумляю единственного сына своего (имярек) и его жену (имярек), и детей их, и домочадцев – следовать христианским законам, жить с чистой совестью и по правде, в вере соблюдая волю божью и заповеди его, а себя утверждая в страхе божьем и в праведном житии, жену наставляя и домочадцев своих не понужденьем, не битьём, не тяжкою работой, а словно детей, что всегда в покое, одеты и сыты, и в теплом дому, и всегда в порядке. Вручаю вам, по-христиански живущим, на память это писание, на вразумление вам и детям вашим. Если ж писания моего не примете, наставлению не последуете, не станете жить по нему и поступать не будете так, как здесь сказано, дадите ответ за себя сами в день Страшного суда, а я преступлениям и грехам не причастен вашим, не моя то вина: благословлял я вас на благочинную жизнь, и размышлял, и молил, и поучал, и писал вам. Если же примете простое мое поучение и ничтожное наставление со всей чистотою душевной и прочтете, прося, насколько возможно, у Бога помощи и разума, и коли Бог вразумит, претворите их все в дело, – будет на вас милость божья и пречистой Богородицы, и великих чудотворцев, и наше благословение отныне и до окончания века. И дом ваш, и чада ваши, имение ваше и богатство, какие вам Бог послал нашим благословением и за ваши труды – да будут благословенны и преисполнены всяческих благ во веки веков. Аминь.

Глава 19. КАК ВОСПИТАТЬ СВОИХ ДЕТЕЙ В ПОУЧЕНИЯХ РАЗНЫХ И В СТРАХЕ БОЖЬЕМ

Да пошлет Бог кому детей, сыновей и дочерей, то заботиться отцу и матери о чадах своих; обеспечить их и воспитать в доброй науке: учить страху божию и вежливости, и всякому порядку. А со временем, по детям смотря и по возрасту, учить их рукоделию, отец – сыновей, а мать – дочерей, кто чего достоин, какие кому Бог способности даст. Любить и хранить их, но и страхом спасать, наказывая и поучая, а не то, разобравшись, и поколотить. Наказывай детей в юности – упокоят тебя в старости твоей. И хранить, и блюсти чистоту телесную и от всякого греха отцам чад своих как зеницу ока и как свою душу. Если же дети согрешают по отцовскому или материнскому небрежению, о таковых грехах и ответ им держать в день Страшного суда. Так что если дети, лишенные наставлений отца и матери, в чем согрешат или зло сотворят, то и отцу и матери с детьми их от Бога грех, а от людей укор и насмешка, дому убыток, а себе самим скорбь, от судей же позор и пеня. Если же у богобоязненных родителей, рассудительных и разумных, дети воспитаны в страхе божьем в добром наставлении, и научены всякому знанию и порядку, и ремеслу, и рукоделию, – такие дети вместе с родителями своими Богом будут помилованы, священниками благословлены и добрыми людьми похвалены, а вырастут – добрые люди с радостью и благодарностью женят сыновей своих на их дочерях или, по божьей милости и подбирая по возрасту, своих дочерей за сыновей их выдадут замуж. Если же из таковых какое дитя и возьмет Бог после покаяния и с причащением, тем самым родители приносят Богу непорочную жертву, и как вселятся такие дети в чертоги вечные, то имеют дерзновение у Бога просить милости и прощения грехов также и для своих родителей.

 Глава 20. КАК ВОСПИТАТЬ ДОЧЕРЕЙ И С ПРИДАНЫМ ЗАМУЖ ВЫДАТЬ

Если дочь у кого родится, благоразумный отец, который торговлей кормится – в городе ли торгует или за морем, – или в деревне пашет, такой от всякой прибыли откладывает на дочь (и в деревне также): или животинку растят ей с приплодом, или из доли ее, что там Бог пошлет, купит полотна и холстов, и куски ткани, и убрусы, и рубашка – и все эти годы ей в особый сундук кладут или в короб и платье, и уборы, и мониста, и утварь церковную, и посуду оловянную и медную и деревянную, добавляя всегда понемножку, каждый год, как сказано, а не все вдруг, себе в убыток. И всего, даст Бог, будет полно. Так дочь растет, страху божью и знаниям учится, а приданое ей все прибывает. Только лишь замуж сговорят – отец и мать могут уже не печалиться: дал Бог, всего у них вволю, в веселии и в радости пир у них будет. Если же отец и мать незапасливы, для дочери своей, по сказанному здесь, ничего не приготовили, и доли ей никакой не выделили, лишь станут замуж ее отдавать – тотчас же кинутся и покупать все, так что скорая свадьба у всех на виду. И отец и мать впадут в печаль от свадьбы такой, ведь купить все сразу – дорого. Если же по божьей воле дочь преставится, то поминают ее приданым, по душе ее сорокоуст, и милостыню раздают. А если есть и другие дочери, таким же образом заботиться и о них.

Глава 21. КАК ДЕТЕЙ УЧИТЬ И СТРАХОМ СПАСАТЬ

Наказывай сына своего в юности его, и упокоит тебя в старости твоей, и придаст красоты душе твоей. И не жалей, младенца бия: если жезлом накажешь его, не умрет, но здоровее будет, ибо ты, казня его тело, душу его избавляешь от смерти. Если дочь у тебя, и на нее направь свою строгость, тем сохранишь ее от телесных бед: не посрамишь лица своего, если в послушании дочери ходят, и не твоя вина, если по глупости нарушит она свое девство, и станет известно знакомым твоим в насмешку, и тогда посрамят тебя перед людьми. Ибо если выдать дочь свою беспорочной – словно великое дело совершишь, в любом обществе будешь гордиться, никогда не страдая из-за нее. Любя же сына своего, учащай ему раны – и потом не нахвалишься им. Наказывай сына своего с юности и порадуешься за него в зрелости его, и среди недоброжелателей сможешь им похвалиться, и позавидуют тебе враги твои. Воспитай детей в запретах и найдешь в них покой и благословение. Понапрасну не смейся, играя с ним: в малом послабишь – в большом пострадаешь скорбя, и в будущем словно занозы вгонишь в душу свою. Так не дай ему воли в юности, но пройдись по ребрам его, пока он растет, и тогда, возмужав, не провинится перед тобой и не станет тебе досадой и болезнью души, и разорением дома, погибелью имущества, и укором соседей, и насмешкой врагов, и пеней властей, и злою досадой.

Если воспитаешь детей своих в страхе божьем в поучении и наставлении, и до возмужания их сохранишь в целомудрии и в чистоте телесной, законным браком их сочетаешь, благословив, и обеспечишь всем, и станут наследниками имения твоего, и дома, и всего твоего прибытка, который имеешь, то упокоят они тебя в твоей старости, а после смерти вечную память отслужат по родителям своим, да и сами благословенны пребудут вовеки, и великую награду получат от Бога в сей жизни и в будущей, если живут они по заповедям господним.

Василия Кесарийского поучение юношам. Следует оберегать душевную чистоту и телесное бесстрастие, имея походку кроткую, голос тихий, слово благочинно, пищу и питье не острые; при старших – молчание, перед мудрейшими – послушание, знатным – повиновение, к равным себе и к младшим – искреннюю любовь; нечестивых, плотских, любострастных людей избегать, поменьше говорить да побольше смекать, не дерзить словами, не засиживаться в беседах, не бесчинствовать смехом, стыдливостью украшаться, с распутными бабами не водиться, опустив очи долу, душу возносить горе, избегать прекословия, не стремиться к высокому сану, и ничего не желать, кроме чести от всех. Если же кто из вас сможет другим помочь, тот и от Господа сподобится награды и вечных благ наслаждения.

Глава 22. КАК ДЕТЯМ ПОЧИТАТЬ И БЕРЕЧЬ ОТЦА И МАТЬ И ПОВИНОВАТЬСЯ ИМ И УТЕШАТЬ ИХ ВО ВСЕМ

Чада, вслушайтесь в заповеди господни: любите отца своего и мать свою и слушайтесь их, и повинуйтесь им божески во всем, и старость их чтите, и немощь их и страдание всякое от всей души на себя возложите, и благо вам будет, и долголетними пребудете на земле. За то простятся грехи ваши, и Бог вас помилует, и прославят вас Люди, и дом ваш пребудет во веки, и наследуют сыновья сынам вашим, и достигнете старости маститой, в благоденствии дни свои проводя. Если же кто осуждает или оскорбляет своих родителей или клянет их, или ругает, тот перед Богом грешен и проклят людьми и родителем. Кто бьет отца или мать – тот отлучится от церкви и от святынь, пусть умрет он лютою смертью от гражданской казни, ибо сказано: "Отцовское проклятье иссушит, а материнское искоренит". Сын или дочь, не послушные отцу или матери, сами себя погубят и не доживут до конца своих дней, если прогневят отца или досадят матери. Себе он кажется праведным перед Богом, но язычника хуже он, сообщник нечестивых, о которых пророк Исайя сказал: "Погибнет нечестивый и пусть не увидит славы господней". Он назвал нечестивыми тех, кто обесчестит своих родителей. И еще сказал: "Кто насмехается над отцом и укоряет старость матери, – пусть склюют его вороны и сожрут орлы!"

Воздающие же честь отцу-матери, повинующиеся им во всем по-божески, во всем станут утешением для родителей, и в день печали спасет их Господь Бог, молитву их услышит, и все, что попросят, подаст им благое. Утешающий мать свою творит волю божью и угождающий отцу в благости проживет. Вы же, дети, делом и словом угождайте родителям своим во всяком добром замысле, и вас благословят они: отчее благословение дом укрепит, а материнская молитва от напастей избавит. Если же оскудеют разумом в старости отец или мать, не бесчестите их, не укоряйте, и тогда почтут вас и ваши дети. Не забывайте трудов отца-матери, ибо о вас заботились и за вас печалились, упокойте старость их и о них позаботьтесь, как и они о вас некогда. Не говори: "Много сделал добра им и одеждой и пищей и всем, что нужно", – этим ты еще не избавлен от них, ибо не сможешь и ты их родить и позаботиться так, как они о тебе. Потому-то с трепетом и раболепно служи им, тогда и сами от Бога награду примете и вечную жизнь получите, как исполняющие заповеди Его.

Глава 25. НАКАЗ МУЖУ И ЖЕНЕ, И ДЕТЯМ, И СЛУГАМ О ТОМ, КАК СЛЕДУЕТ ИМ ЖИТЬ

Следует тебе самому, господину, жену и детей, и домочадцев учить не красть, не блудить, не лгать, не клеветать, не завидовать, не обижать, не наушничать, на чужое не посягать, не осуждать, не бражничать, не высмеивать, не помнить зла, ни на кого не гневаться, к старшим быть послушным и покорным, к средним – дружелюбным, к младшим и убогим – приветливым и милостивым. Всякое дело править без волокиты и особенно в оплате не обижать работника, всякую же обиду с благодарностью претерпеть Бога ради: и поношение, и укоризну. Если поделом поносят и укоряют – соглашаться и новых безрассудств избегать, а в ответ не мстить. Если же ни в чем не повинен ты, уже за это от Бога получишь награду. А домочадцев своих учи страху божию и добродетели всякой, и сам то же делай, и вместе от Бога получите милость. Если же небрежением и твоим нерадением сам или жена, наставленьем твоим обделенная, согрешит или зло сотворит перед Богом, или домочадцы твои, мужчины, женщины, дети твои грех какой совершат, хозяйского наставления не имея: ругань, воровство или блуд и всякое зло сотворят, – все вместе по делам своим примете: зло сотворившие – муку вечную, а хорошо поступишь и ты, и те, кто с тобою – вместе с ними заслужишь вечную жизнь; тебе даже больше награда, ибо не об одном себе старался ты перед Богом, но и всех, кто с тобою, ввел в вечную жизнь.

………

Во времена первого всероссийского императора Петра Первого культура светского поведения населения России получила новое направление в своем развитии. Петр I – наиболее выдающийся представитель династии Романовых – резко отличался от других самодержцев. С детства и всю жизнь Петр не гнушался простого труда, он гордился тем, что знал 14 ремесел. Об этом хорошо сказал А. Пушкин: «То академик, то герой, то мореплаватель, то плотник, он всеобъемлющей душой на троне вечный был работник». Любознательный от природы, Петр учился всю свою жизнь и требовал этого от других. Царь видел отсталость России и отчетливо понимал необходимость государственных преобразований. Он получил множество полезных знаний, привык к европейской культуре. В период его правления произошло сближение России с Западом.

В своей политике Петр стремился к укреплению царской власти. При выборе помощников царь руководствовался не знатностью их родов, а умом и талантом. Им был реформирован государственный аппарат: место боярской думы занял Сенат, а вместо приказов учреждены коллегии. Вместо патриаршества Петр создал Синод и подчинил церковь государству, придав ему более светский характер. В административном отношении Россия стала чиновничьим бюрократическим государством со строгой централизацией управления.

Но для нас в данном контексте особенно интересны реформы Петра в области образования и культуры светского поведения. Мысль о скорейшем распространении образования в России никогда не покидала Петра. Он сделал все, что было в его силах. Молодых дворян отправлял учиться за границу. Но обучение за границей было для многих невозможно, да и государству стоило дорого. Надо было завести собственные школы. На Руси до Петра существовали только низшие церковно-приходские училища. Лишь при царевне Софье была учреждена высшая школа (Славяно-греко-латинская академия) да в Киеве существовала Киево-Могилянская академия. В 1701 г. царь открыл Навигатскую школу для изучения морских наук. Одни поступали туда добровольно, других набирали принудительно. За учением строго следили: за пропуски учебных дней брали большие денежные штрафы, а если их не выплачивали, ученики подвергались телесному наказанию.

Вслед за Навигатской в Москве появились Инженерная, Артиллерийская и Медицинская школы. Открывались начальные школы и в других городах. Они назывались цифирными, в них особенно изучались геометрия и арифметика. Для подготовки образованных священников царь велел создать духовные семинарии.

При Петре было издано много книг разнообразного содержания: по географии, истории, разным военным наукам. Петр очень любил старые русские летописи, велел их хранить и хотел их общий свод «напечатать во всеобщее сведение». При нем книги значительно подешевели и стали более доступны.

Петр задумал устроить в Петербурге общество ученых людей, которые трудились бы над усовершенствованием наук и искусств. В 1724 г. им был утвержден устав Академии наук. Начала выходить первая русская газета "Ведомости", был основан первый музей (Кунсткамера).

Много изменений внес царь в быт и в облик своих современников. Он думал, что одной из главных причин отчуждения русских от иноземцев было различие между внешним обликом русских и европейцев. Стараясь сблизить Россию и Европу, он приказал дворянам и горожанам брить бороды и одеваться в немецкое платье. Российской академией наук по царскому распоряжению была составлена и выпущена книга «Юности честное зерцало, или Показания к житейскому обхождению». Почему возникла необходимость в такой книге?

Изменился образ жизни людей. Петру не нравилось затворничество русских знатных женщин в теремах. Он стремился приблизить русский быт к европейскому, поэтому устраивал у себя и приказал своим приближенным устраивать ассамблеи, куда сходились для разговоров, танцев и других развлечений и мужчины, и женщины. Книга была необходима как руководство к светскому поведению на таких ассамблеях: ведь для русских бояр это было более чем непривычно.

После посещения стран Европы и возвращения из «великого посольства» Петр I со свойственной ему нетерпеливостью собственноручно начал стричь бороды у встречавших его бояр и обрезать длинные рукава и полы боярских одежд. Он приказал коротко стричь волосы и брить лицо (бояре жаловались, что лица у них стали «босые»). Бороды разрешалось носить только духовенству и крестьянам. Желавшие сохранить бороду должны были платить особый налог, о чем свидетельствовал специальный медный «бородовой знак». Повсеместно вводилась более практичная европейская одежда. Разрешалось курение, которое ранее, по «Соборному уложению» 1649 г., расценивалось как уголовное преступление. Местом встреч и развлечений стали введенные Петром ассамблеи (собрания).

Итак, Юности честное зерцало, как утверждают, было переведено из ряда подобного рода наставлений с немецкого языка, дополнено самим Петром I и стало на долгие годы специальным руководством о правилах хорошего тона и поведения в обществе. В нем предписывалось держать отца и мать "в великой чести", быстро отвечать на вопросы, быть вежливыми со старшими. Давались советы, как вести себя в светском обществе. Юности честное зерцало пользовалось большим спросом у населения и четырежды переиздавалось вплоть да конца XIX в., вызвав множество подражаний.

Наряду с ассамблеями, которые устраивались для дворян, в петровское время проводились и общественные праздники. Строились триумфальные арки, устраивались "огненные потехи" (фейерверки), проводились массовые гулянья во время празднования побед в войнах, смотров флота, коронационных торжеств. Начиная с 1 января 1700 г. в России начали праздновать Новый год и устраивать елки. Тогда же, с 1 января 1700 г. Россия перешла на летоисчисление от Рождества Христова, как это было принято в большинстве стран Европы.

И Домострой, и Юности честное зерцало не являлись государственным законом, это скорее были советы, рекомендации по светскому поведению, которые соответствовали культурному развитию общества в определенную эпоху. Но обе эти книги выражали определенные государственные интересы. И хотя они не имели статуса государственного закона, те, кто им не следовал, вступали в конфликт с властью, с обществом. Домострой основан на древнерусских обычаях, а Юности честное зерцало – на европейском светском этикете.

В Домострое основной акцент делался на нравственном воспитании, а в книге Юности честное зерцало – на вопросах этикета, т.е. на чисто внешней стороне поведения. Существует мнение, что Петр слишком увлекался внешней стороной европейской культуры. Он ввел очень многие обычаи, чуждые историческим и культурным традициям России. Поэтому они плохо приживались, власти насаждали их силой и довольно жестоко расправлялись с инакомыслящими. Проводя реформы в стране, Петр, очевидно, слишком настойчиво вторгался в ту область, в которую вторгаться следует очень осторожно, – в частную жизнь. Она требует использования лишь одного верного метода – деликатного светского воспитания и перевоспитания.

«Юности честное зерцало, или Показание к житейскому обхождению. Собранное от разных авторов», так или иначе, стало русским литературно-педагогическим памятником начала XVIII в., руководством в правилах светского поведения для юношества. Ее первое издание вышло в Петербурге в 1717 г. Издание, как отмечалось выше, представляло собой компиляцию из западноевропейских наставлений подобного рода. Вероятно, в числе прочих было использовано сочинение Эразма Роттердамского «Гражданство обычаев детских». Руководство предварялось традиционным материалом для начального обучения: в 1-й её части помещены азбука, таблицы слогов, цифр и чисел, религиозные заповеди. Эта азбука являлась одним из первых пособий по обучению новому, гражданскому (светскому) шрифту и арабскому написанию цифр вместо церковно-славянского их обозначения. Вторую часть книги составляли правила поведения для «младых отроков» и девушек дворянского сословия.

Правила составлены в духе петровских преобразований, проводили идею царского единовластия – содержание включало правила поведения не только в обществе, но и на государственной и царской службе. Они требовали от молодого дворянина гордиться не знатностью рода, а конкретными делами на пользу отечества; он обязан беспрекословно подчиняться старшим, «быть в книгах научен», знать иностранные языки, уметь фехтовать, танцевать, ездить верхом, вести себя в светском обществе.

Юности честное зерцало – прямое отражение государственной политики Петра. «Оградя Отечество безопасностью от неприятеля, надлежит стараться находить славу государства через искусства и науки», – провозгласил царь и начал проводить обширные, радикальные и разносторонние реформы в этой области. Светское воспитание и образование молодых людей впервые рассматривается как дело государственной важности, даже если имелось в виду домашнее образование, распространенное среди состоятельных дворян.

В учебнике графически выделены две темы: нормы этикета в разговоре и стиль поведения в различных ситуациях. В целом в учебнике нашли отражение как общеэтические нормы поведения, так и специфические черты светского воспитания, относящиеся к периоду восприятия русской традиционной культурой элементов образа жизни стран Западной Европы.

Юности честное зерцало явилось первым «воспитующим» наставлением для будущих видных государственных деятелей России, русских ученых, писателей XVIII - XIX вв. Но оно стало и первой русской книгой, предназначенной специально для детей. До нее дети имели возможность читать то же, что и взрослые, – Псалтырь, Евангелия и т.д., но даже издания для первоначального обучения – азбуки, буквари, азбуковники – адресовались одновременно к «имущим учиться отрокам и отроковицам, мужам и женам», не учитывали особенностей детского восприятия, были дороги и малодоступны. Этот же учебник был предназначен для самообразовательного чтения, а поскольку в те времена печатное слово обладало безусловным авторитетом и приоритетом перед устной речью, сила его воздействия на молодые умы была чрезвычайно большой. Поэтому книга имела огромную читательскую аудиторию.

Что же представляет собой Юности честное зерцало, как следует произносить и понимать заглавие этого учебника?

Юностью считается возрастной период после отрочества до зрелости (некоторые современные либералы пытаются заменить это красивое праславянское слово американизмом тинэйджер).

Слово честнОе произносится с ударением на о и означает – почитаемый как святое, непоколебимое, абсолютно «правдивое, несомненное, неизменное». В нем ясно присутствует лексическое значение слова честь. Более высокого эпитета применительно к светской книге не существует. Это слово вошло в обиход в таких устойчивых и авторитетных выражениях, как «вот тебе честнОй крест», т.е. самая сильная клятва; «мать честнАя!»; «честнЫм пирком да за свадебку»; «при всем честнОм народе» (т.е. заслуживающим почета, наивысшего уважения) и т.д. Это слово произошло от слова читать.

Читать – честь, честное, с ударением на первом (в одном значении) и предпоследнем (в другом значении) слоге. Кстати, и слово счет происходит из того же корня: читать – считать – счет. Можно упомянуть происхождение и других либо славных, либо распространенных слов: читать – чтить – почитать – почет; учет; четкий; почти; число; числительное и т.д.

Вот так всего одно слово позволяет вытянуть целую цепочку однокоренных слов, удостовериться в высочайшем престиже чтения у наших предков, коль от этого слова они образовали самые высокочтимые понятия.

Слово зерцало имело в языке XVIII в. три значения. Первое – синоним зеркала (но зеркало происходит от старославянского зеркать – зорко смотреть, отсюда зоркий, глазами зыркать и др.). Под зерцалом понималась спокойная гладь воды, в которой отражается природа:
                                              Аллеи пальм и лес лавровый

Зерцалом вод отражены.
                                   А. Пушкин

Второе значение – основное, исходное: металлические доспехи для защиты груди и спины воина. Металл шлифовали до блеска, в нем отражался окружающий мир, отсюда и возникло значение, изложенное первым. Зерцала были на вооружении западных воинов в XIV – XVII вв., т.е., во-первых, были всем хорошо известны, а во-вторых, считались символом доблести и чести.

Петр I придал этому слову третье значение. В судах, других присутственных местах он приказал ставить зерцала как эмблему правосудия. Зерцало представляло собой увенчанную двуглавым орлом трехгранную призму с наклеенными на гранях указами Петра о соблюдении законности. Такие зерцала просуществовали до 1917 г. Изобретено такое зерцало было как раз незадолго до издания описываемого учебника по поведению.

Идея нормативности, правильности, справедливости была перенесена на четвертое значение зерцала – как литературного произведения нравоучительного и педагогического характера. Это значение было перенесено в Россию из Западной Европы. В данном случае слово зерцало находится в тесной связи со словом честное: как установление норм чести и благовоспитанности для подрастающего поколения.

Вот какой глубокий и богатый смысл заложен в одном лишь заглавии – Юности честного зерцала. Содержание этой книги вполне достойно ее заглавия.

Книга состоит из трех частей: азбуки, правил поведения юношества дома и в обществе, нравоучительных наставительных повествований.

Азбука в тот момент была, пожалуй, самым востребованным объектом, ведь только что, в 1708 – 1710 гг. Петр I провел реформу русского письма, заменив церковнославянский шрифт на гражданский. К начертанию нового шрифта надо было привыкнуть, узнать о нем широкому кругу желающих было неоткуда, а здесь была приведена таблица соответствия старых и новых букв, прописи, написания числа церковного и светского, – словом, самонужнейшие сведения.

Заодно заметим, что в старорусской грамоте каждая буква имела собственное наименование. Буква а звалась аз, б – буки, в – веди и т.д. По начальным словам перечня букв возникло слово азбука. В греческом языке первые буквы имели наименование альфа и бета, но бетой (β) обозначали звуки и б и в, поэтому в новогреческом ее именовали вита. Поскольку логика и психология мышления у всех людей в общем-то схожа, то на Западе перечень букв наименован по той же схеме, что и в русском языке: он называется алфавит.

Сейчас русская азбука представляется многим как произвольная последовательность букв, которую надо просто заучивать. На самом же деле азбука полна высокого смысла, и тот, кто это знал или знает, читал и запоминал азбуку сразу и при этом попутно овладевал разнообразными познаниями этического и философского плана.

Дело в том, что по христианской традиции троичности буквы надо читать блоками по три, и тогда набор букв превращается в осмысленный текст, который врезается в память на всю жизнь. Так, А-Б-В – Аз буки веди – Я буквы знаю. Я буквы знаю (ведаю)! Я только-только начал учиться, и уже буквы знаю! Г-Д-Е – Глаголь добро есть – Слово (речь) – это добро. Но глаголь не просто слово, не любая речь, а речь красная, т.е. красноречие – дело доброе: «глаголом жги сердца людей» (А. Пушкин). Тот, кто владеет глаголом, способен делать доброе дело. Т.е. уже на подсознательном уровне обучаемый понимает, что обучаться красноречию – тоже есть благо, «добро есть». Или, например, Р-С-Т – Рцы слово твердо – Реки (речь), или говори слово твердо, уверенно. Сказав слово, держи его, соблюдай обещанное, отстаивай сказанное.

Русская азбука – это, оказывается, целый свод народной мудрости, этических ценностей и установок поведения.

Во второй части сборника приведены краткие поучения из Священного писания, систематизированные в алфавитном порядке. По сути дела, в этой части Юности честное зерцало первый набор афоризмов, он положил начало этому литературному и книгоиздательскому жанру.

Основную часть книги составляет «Показание к житейскому обхождению», или свод правил светского этикета, которым должны следовать юноши и девушки. Большинство этих правил удивительно современны. Они учат элементарным правилам приличия. Составитель зачастую мало заботится о том, чтобы выразиться изящнее. Главное для него – наиболее доходчиво донести до читателя нужную мысль. Он не стесняется поэтому приводить точные сравнения, употреблять простонародные, но зато и общепонятные слова и выражения.

Молодой человек из дворянской семьи обязан быть благовоспитанным, образованным, уважительным к старшим, бодрым, трудолюбивым, прилежным и т.д. Идеальную девицу характеризуют 20 добродетелей: стыдливость, смирение, бережливость, благочестивость и т.д.

Юности честное зерцало – современная до сих пор книга. Все качества, описанные в ней еще в восемнадцатом веке, должно вырабатывать в себе и современное юношество. Для сравнения противопоставим эту книгу современным изданиям, которые поднимают на щит вседозволенность, романтизируют пороки, неразумное и бессмысленное поведение, ориентируя молодежь на изнеженность и барство, эгоизм и стремление жить за чужой счет. «Душа обязана трудиться», как сказал поэт. Для того чтобы стать порядочным человеком, весьма полезно следовать большинству поучений Юности честного зерцала. Поэтому для российского общества было бы большим благом, если это учебное пособие вновь стало настольной книгой в каждой семье, чтобы свои мысли и поступки каждый сверял по этой книге и точно знал, что такое хорошо и что такое плохо.

Для понимания сути ее содержания приведем несколько глав из этой поучительной книги.

ЮНОСТИ ЧЕСТНОЕ ЗЕРЦАЛО, ИЛИ ПОКАЗАНИЕ К ЖИТЕЙСКОМУ ОБХОЖДЕНИЮ, СОБРАННОЕ ОТ РАЗНЫХ АВТОРОВ ПОВЕЛЕНИЕМ ЦАРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА

1.  В первых наипаче всего должны дети отца и матерь в великой чести содержать. И когда от родителей что им приказано бывает, всегда шляпу в руках держать, а пред ними не вздевать, и возле них не садиться, и прежде оных не заседать, при них в окно всем телом не выглядывать, но все потаенным образом с великим почтеньем, не с ними вряд, но, немного уступи позади оных, в стороне стоять, подобно яко паж некоторый или слуга. В доме ничего своим именем не повелевать, но именем отца или матери; от челядинцев просительным образом требовать.

2.  Дети не имеют без именного приказу родительского никого бранить или поносительными словами порекать. А ежели то надобно, и оное они должны учинить вежливо и учтиво.

3.  У родителей речей перебивать не надлежит, и ниже прекословить, и других их сверстников в речи не впадать, но ожидать, пока они выговорят. Часто одного дела не повторять; на стол, на скамью или на что иное не опираться и не быть подобным деревенскому мужику, который на солнце валяется, но стоять должны прямо.

4.  Всегда время пробавляй в делах благочестных, а празден и без дела отнюдь не бывай, ибо от того случается, что некоторые живут лениво, не бодро, а разум их затмится и иступится, потом из того добра никакого ожидать можно, кроме дряхлого тела и червоточины, которое с лености точно бывает.

5.  Младый отрок должен быть бодр, трудолюбив, прилежен и беспокоен, подобно как в часах маятник, для того что бодрый господин ободряет и слуг, подобно яко бодрый и резвый конь учиняет седока прилежна и осторожна: потому можно отчасти, смотря на прилежность и бодрость или радение слуг, признать, како правление которого господина состоит и содержится, ибо не напрасно пословица говорится: каков игумен, такова и братия.

6.  Не прилично им руками или ногами по столу везде колобродить, но смирно ести. А вилками и ножиком по торелкам, по скатерти или по блюду не чертить, не колоть и не стучать, но должни тихо и смирно, прямо, а не избоченясь сидеть.

7.  Когда родители или кто другии их спросят (позовут), то должны они с ним отозватца и отвещать тотчас, как голос послышат. И потом сказать: что изволите, государь батюшка; или государыня матушка. Или что мне прикажете, государь; а не так: что, чего, што, как ты говоришь, чего хочешь. И не дерзостно отвещать: да, так, и ниже вдруг наотказ молвить, нет; но сказать: так, мои государь, слышу, государь: я выразумел, государь, учиню так, как вы, государь приказали. А не смехом делать, яко бы их презирая, и не слушая их повеления.

8.  Когда прилучится тебе с другими за столом сидеть, то содержи себя в порядке по сему правилу: Во-первых, обрежь себе ногти, да не явится, якобы оные бархатом обшиты. Умой руки и сяди благочинно, сяди прямо и не хватай первый в блюдо, не жри, как свиния, чтобы везде брызгало, не сопи, егда яси. Первый не пий, будь воздержен и бегай пьянства; пий и яждь, сколько тебе потребно, в блюде будь последний. Когда что тебе предложат, то возьми часть из того, прочее отдай другому и возблагодари его. Руки твои да не лежат долго на тарелке, ногами везде не мотай, когда тебе пить, не утирай (рта) губ рукою, но полотенцем, и не пий, пока еще пищи не проглотил. Не облизывай перстов и не грызи костей, но обрежь ножом. Зубов ножом не чисти, но зубочисткою, и одною рукою прикрой рот, когда зубы чистишь: хлеба, приложа к грудям, не режь, ешь, что пред тобою лежит, а инде не хватай. Ежели перед кого положить хощешь, не примай перстами, как некоторые народы ныне обыкли, над ествою не чавкай, как свиния, а головы не чеши; не проглотя куска, не говори, ибо так делают крестьяне. Часто чихать, сморкать и кашлять непригоже. Когда яси яйцо, отрежь напредь хлеба и смотри, чтоб притом не вытекло, и яждь скоро. Яичной скорлупы не разбивай, и пока яси яйцо, не пий, между тем не замарай скатерти, и не облизывай перстов, около своей тарелки не делай забора из костей, корок, хлеба и прочего. Когда престанешь ясти, возблагодари бога, умой руки и лицо и выполощи рот.

9.  Имеет отрок наипаче всех человек прилежать, как бы себя мог учинить благочестна и добродетельна, ибо не славная его фамилия и не высокой род приводит его в шляхетство, но благочестные и достохвальные его поступки. Понеже благочестие есть похвала юности, и счастие благополучное, и красота в старости, того ради оный имеет по правде тому подражать. То бо есть истинное избавление от убожества и прямая подпора и постоянный столп богатству.

10.          Когда им говорить с людьми, то должно им благочинно, учтиво, вежливо, разумно, а не много говорить. Потом слушать, и других речи не перебивать, но дать все выговорить, и потом мнение свое, что достойно, предъявить. Ежели случиться дело и речь печальная, то надлежит при таких быть печальну и иметь сожаление. В радостном случае быть радостну и являть себе весела с веселыми.

11.                    Никто себя сам много не хвали и не уничижай (не стыди) и не срамоти, и ниже дела своего возвеличивая, разширяй боле, нежели как оное в подлинном действе состоит, и никогда роду своего и прозвания без нужды не возвышай, ибо так чинят люди всегда такия, которыя не в давне токмо прославлялись. А особливо в той земле, где кто знаком, весьма не надлежит того делать, но ожидать, пока с стороны другая похвалят.

12.                    А в прямом деле и в постоянном быть постоянну и других людей разсудков отнюдь не презирать и не отметать. Но ежели чие мнение достойно и годно, то похвалить и в том соглашатца. Еже ли же которое сумнительно, в том себя оговорить, что в том ему разсуждать не достойно. А еже ли в чем оспорить можно, то учинить с учтивостью и вежливыми словами, и дать свое рассуждение на то, для чего. А ежели кто совету пожелает или что поверит, то надлежит советовать сколько можно и поверенное дело содержать тайно.

13.                    Младый шляхтич, или дворянин, ежели в екзерциции (в обучении) своей совершен, а наипаче в языках, в конной езде, танцовщиц, в шпажкой битве и может добрый разговор учинить, к тому ж красноглаголив и в книгах научен, оный может с такими досугами прямым придворным человеком быть.

14.                    Прямый придворный человек имеет быть смел, отважен и не робок, а с государем каким говорить с великим почтением. И возможет о своем деле сам предъявлять, и доносить, и на других не имеет надеятися. Ибо где можно такого найти, который бы мог кому так верен быть, как сам себе. Кто при дворе стыдлив бывает, оный с порожними руками от двора отходит. Ибо когда кто господину верно служит, то надобно ему верная и надежная награда. А кто ища милости служит, того токмо милосердием награждают. Понеже никто ради какой милости должен кому служить, кроме бога. А государю какову ради чести и прибыли и для временной милости.

15.                    Отрок должен быть весьма учтив и вежлив как в словах, так и в делах: на руку не дерзок и не драчлив, также имеет онай стретившего, на три шага не дошед и шляпу приятным образом сняв, а не мимо прошедши, назад оглядываясь, поздравлять. Ибо вежливу быть на словах, а шляпу держать в руках неубыточно, а похвалы достойно, и лучше, когда кто про кого говорят: он есть вежлив, смиренный кавалер и молодец, нежели когда скажут про которого: он есть спесивый болван.

16.                    От клятвы чужеложства (блуда), играния и пьянства отрок себя велми удержать и от того бегать. Ибо из того ничто иное не вырастает, кроме великой беды и напасти телесныя и душевныя, от того ж рождается и погибель дому его, и разорение пожиткам.

17.                    Честный отрок должен остерегать себя от неравных побратенеств в питье, чтоб ему опосле о том не раскаиваться было. И дабы иногда новой его побратеник не напал на него безчестными и необыкновенными словами, что часто случается. Ибо когда кто с кем побратенство выпьет, то чрез оное дается повод и способ к потерянию своея чести, так, что иной принужден побратеника своего устыдиться. А особливо когда оной отречется  или нападет несносными поносительными словами.

18.                    Младые отроки должны всегда между собою говорить иностранными языки, дабы тем навыкнуть могли: а особливо, когда им что тайное говорить случится, чтоб слуги и служанки дознаться не могли и чтоб можно их от других незнающих болванов распознать: ибо каждый купец, товар свой похваляя, продает как может.

19.                    Млады шляхтич или отрок всегда должен быть охочь к научению всякаго добра, и что ему прилично быть может, и не имеет дожидаться, пока кто его о том попросит, или потребует, или чтоб за ним для того в дом прибегали. А наипаче платить возмездие служащим, ибо в том есть великий грех и порок, когда кто у кого кровию заслуженную и трудом выработанную мзду наемничу держит.

20.                    Еще же отрок да будет во всех своих службах прилежен, и да служит с охотою и радением. Ибо как кто служит, так ему и платят. По тому и счастие себе получает.

21.                     Никто не имеет, повеся голову и потупя глаза, вниз по улице ходить или на людей косо взглядовать, но прямо, а не согнувшись ступать и голову держать прямо ж, а на людей глядеть весело и приятно, с благообразным постоянством, чтоб не сказали: он лукаво на людей смотрит.

22.                    Когда о каком деле сумневаешься, то не говори того за подлинную правду, но или весьма умолчи, или объяви за сумнительно, дабы после, когда инако окажется, тебе не причтено было в вину.

23.                     Такожде когда в беседе или в компании случится в кругу стоять, или сидя при столе, или между собою разговаривая, или с кем танцуя, не надлежит никому неприличным образом в круг плевать, но на сторону, а ежели в каморе, где много людей, то прими харкотины в платок, а также невежливым образом в каморе или в церкви не мечи на пол, чтоб другим от того не згадить или отъиди для того к стороне (или за окошко выброси), дабы никто не видал, и подотри ногами так чисто, как можно.

24.                    Рыгать, кашлять и подобный такия грубыя действия в лицо другого ни чини, или чтоб другой дыхание и мокроту желудка, которая восстает, мог чуствовать, но всегда либо рукой закрой, или отворотя рот на сторону, или скатертию, или полотенцем прикрой. Чтоб никого не коснутца и тем сгадить.

25.                    И сия есть не малая гнусность, когда кто часто сморкает, яко бы в трубу трубит, или громко чхает, будто кричит, и тем в прибытии других людей или в церкве детей малых пужает и устрашает. Еще же зело непристойно, когда кто платком или перстом в носу чистит, яко бы мазь какую мазал, а особливо при других честных людях.

26.                    Когда кого поздравлять, то должно не головой кивать и махать, яко бы от поздравляемого взаимной чести требовать, а особливо будучи далеко, но надобно дожидатися, пока ближе вместе сойдутца. И ежели другой тогда взаимной чести тебе не отдает, то после его никогда впредь не поздравляй, ибо честь есть того, кто тебя поздравляет и не твоя.

27.                    Младый человек всегда имеет с благочестными и добродетелными людьми обходитися, от которых бы он добру научитца мог. Так и с такими людьми, которые честное имя и не порочное житие имеют. А от таких, которые легкомысленно и злочестно живут, бегать, якобы от яду или лютого мору, благочестныя люди имеют от юных почтены, превознесены и возлюблены быть. А вот от злоимянитых должны юныя остерегатися, и от них бегать. Ибо токмо скажи, с кем ты обходишся, то можно признать, какое счастие тебе впредь будет.

28.                    Отрок имеет быть трезв и воздержен, а в чужие дела не мешатца и не вступать, и ничего что ему не касается не всчинать, и поводу к тому не давать, но с учтивостию уступать, разве что когда чести его кто коснется, или порекать учнет: то в таком случае уступки не бывает, но по нужде применение закону дается.

29.                    Когда при дворе, или в других делах явитца надлежит, то должно в таких церемониях, в которых напредь того не бывали и не учивались, прилежно присматривать, как в том те поступают, которым оное дело приказано, и примечать, похваляют ли их или хулят, и хорошо ль они в том поступали или плохо. Слушать же и примечать в чем оныя погрешили, или что просмотрели. Хотя в нынешнее время безмерная скупость у некоторых за обычай принята, и оныя хотят ее за самодержавство почитать, такмо чтоб могли денег скопить, не смотря на свою честь, и не храня славы. Но отрокам надлежит знать, что они сим способом в безчестие и ненависть прийти могут, и таких людей ни мало не почитают, понеже они денги болши любят, нежели самих себя, и ближняго своего, и такой мыслит, что доволно и того, что другой про него ведает, что он богат, ибо толь помоши может оное добро (которое кому неползует) как зло, которое кому невредит; особливо имеет породный шляхтич от сея прелестныя добродетели остерегатца. Ибо оная противится любви к ближнему, без нея же невозможно спастися, ибо такое ремесло тем заобычно (свойственно), которыя имеют нечистую совесть и противную веру: яко жиды, мошенники и обманщики.

30.                    Никакое неполезное слово, или непотребная речь да не изыдет из устен твоих, всякой гнев, ярость; вражда, ссоры и злоба да отдалится от тебя, и не делай, ни приуготовляй никаких ссор, все, что делаешь, делай с прилежанием и с разсуждением, то и похвален будешь. Когда ты верно обходисся, то и Богу благоприятно, и так благополучно тебе будет. А ежели ты неверно поступаешь, то наказания божия не минуешь, ибо он видит все твои дела. Не учись как бы тебе людей обманывать, ибо сие зело Богу противно, и тяжкой имаши за то дати ответ: не презирай старых или увечных людей, буди правдив во всех делех. Ибо нет злея порока в отроке, яко ложь, а от лжи раждается кража, а от кражи приходит веревка на шею. Не выходи из дому твоего без ведома и воли родителей твоих и начальников, и ежели ты послан будешь, то возвратись паки вскоре. Не оболги никого ложно, ни из двора, ни во двор вестей не переноси. Не смотри на других людей что они делают или как живут, ежели за кем какой порок усмотришь, берегись сам того, а буде что у кого доброе усмотришь, то не постыдись сам тому следовать.

31.                    …Ныне приступим к добродетели, которая младым девицам пристойна, а оная есть трудолюбие, дабы человек из младости привыкал к работе, и мыслил, для чего она ему от Бога наложена и определена, и когда кто оное отправляет, что званию и чину его принадлежит, то оной и благословение наследит. При том должно все попечение мысли, и прилежание к тому устремить, дабы то, что в призванном чине делать ему повелено, со всяким прилежанием, верностию, охотою, скоростию и постоянством исправить мог, Богу в честь и во всенародную пользу.

32.                    …Добродетель девическая, есть благотворение, благодеяние и щедрота, когда человек из собственнаго своего нищым уделяет, и оным служит из природной (или натуралной) должности, когда где потребно явится, чтоб в том не было скупости или проторжливости (разорения - ред.) имению.

33.                    Когда (куда) в которое место приидешь, где едят или пьют, тогда, поклонясь, поздравь им к пище их. И ежели поднесут тебе пить, отговаривайся отчасти, потом, поклонясь, прийми и пии, вежливо благодари того, кто тебе дал испить. И уступи назад, пока тебя отправят, когда кто с тобою говорить станет, то встань и слушай прилежно, что он тебе скажет, дабы ты мог одумався на оное ответ дать. Буде што найдешь хотяб что ни было, отдай оное назад. Платья своего и книг береги прилежно, а по углам оных не разбрасывай. Будь услужен и об одном деле дважды себе приказывать не давай: и таким образом получишь милость. Охотно ходи в церквы, и в школы, а не мимо их. Инако бо пойдешь путем, которой ведет в погибель. Не пересмехай, не осуждай, и ни про ого ничего зла не говори, да не постигнет и тебя зло.

……..

Таковы вкратце общие представления об этом знаменитом учебнике. Архаический язык и стиль старинной книги не просты, но понятны и полезны для восприятия даже для современного человека. Содержание было столь многоохватывающим, что могло служить для воспитания многим поколениям россиян вплоть до конца XIX столетия. Поэтому следующие учебники по поведению появились в России лишь в конце позапрошлого века, но воспитательное их значение было уже значительно ниже.

К новым подобного рода учебникам мы можем причислить две книги: «Правила светской жизни и этикета. Хороший тон: Сборник советов и наставлений на разные случаи домашней и общественной жизни» (СПб., 1889)и «Жизнь в свете, дома и при дворе» (СПб., 1890). Если судить по названиям, то их следует отнести к числу книг по этикету определенных социальных слоев и об «универсальности» этих книг речь идти не может, хотя уклад жизни, в особенности «дворянский», сфера этикетных норм и правил, ярко проявлявшихся в области бытовых привычек, в навыках каждодневного поведения, вызывала у широких слоев населения определенный интерес.

Некоторое негативное влияние могло оказывать и стереотипное восприятие самого термина «этикет», обязанного своим появлением XVI в., когда этикет стал «способом существования» королевских дворов Европы. Французское слово «etiquette» означает «ярлык», «церемониал», и его смысл может быть интерпретирован как принадлежность, приобщенность к чему-то «элитному», изысканному и утонченному, связанному с представлениями об эталоне поведения, о «хорошем тоне» в «высоких», привилегированных слоях общества. В начальный период своего существования этикет был также синонимом рыцарства с его потребностями в доброте, такте, приличии, гостеприимстве, обожествляющим отношение к женщине.

Обе новых книги по поведению заметно различаются по логике подачи материала и объему, однако содержание их имеет много общего. Правила светской жизни и этикета имеют довольно длинное заглавие, которое полностью звучит так: «Правила светской жизни и этикета. Хороший тон: Сборник советов и наставлений на разные случаи домашней и общественной жизни: как принято в светском обществе держать себя на крестинах, именинах, свадьбах, юбилеях, обедах, вечерах, балах, раутах, на прогулках, в театрах, маскарадах и т.п.; изложение обязанностей посаженных и крестных отцов, матерей, дружек, шаферов; с приложением образцов светской переписки».

Поэтика приведенного выше названия довольно архаична. Уже только по нему можно получить представление о необходимых составных частях, структурных элементах «правильного» поведения в «общежитии того общества, которое принято называть хорошим, т.е. благовоспитанным». Дополняет возможный ассоциативный ряд, связанный со столь детализированным названием, воспроизведенная на обложке книги сценка – музицирование при свечах, вероятно, на одном из вечеров. Дамы в длинных платьях сидят в окружении господ. Соответствующие наряды, расположение фигур уже сами по себе символизируют «светскость», принадлежность к определенному кругу, ориентируют на восприятие культурных ценностей XIX в.

Объем Правил светской жизни и этикета довольно солидный. Открывает книгу введение, в котором излагаются «общие понятия», сведения о том, «где прежде всего развился этикет», а также исторический очерк о «начале и развитии этикета в России». Под этикетом здесь понимается «ничто иное, как собрание (свод) правил и формальностей, касающихся внешности и образа действий в общежитии того общества, которое принято называть хорошим, т.е. благовоспитанным. Самое слово «благовоспитанный» (или хорошо воспитанный) показывает, что «приличные манеры» есть нечто приобретаемое, прививающееся к человеку воспитанием и, действительно, хорошее, благое воспитание прививается с детских лет». Таким образом, уже в начале книги обозначены границы: это этикет «приличного общества», выводящий за пределы дозволенного, например, элементы культуры русского крестьянства или русского духовенства. С первых страниц делается акцент на строго определенных рамках приличия, выходить за которые настоятельно не рекомендуется.

Под словом «свет» в Правилах светской жизни и этикета предлагается подразумевать «интеллигентное, привилегированное и благовоспитанное общество в какой-либо более или менее цивилизованной стране». Отсюда – складывающийся образ некоего светского человека («мущины» или дамы), желательно достаточно обеспеченного, с определенным положением и «вхожего» в «приличное» общество «цивилизованной страны».

Книга состоит из шести частей: «В семье»; «Об обязанностях вообще»; «Гражданские акты. Семейные праздники»; «Светский этикет»; «Увеселения»; «Общие советы в разных случаях общественной жизни».

Первая глава открывается рассуждением о репутации, т.е. о том мнении, которое составляется о человеке в обществе, в особенности о репутации женщины, необходимости ее образования и должного воспитания как хозяйки дома, хозяйки-землевладелицы. Все дальнейшее изложение утверждает непререкаемость авторитета института семьи и идею о возможности существования «приличного» человека исключительно в рамках этого института с соблюдением предписанного долга. Есть в книге главы, в которых специально оговорены обязанности – относительно родителей и родных, по отношению к своим подчиненным и к прислуге, относительно вообще ближних, по отношению к самому себе, относительно отечества.

Как нравственное и должное признается наличие образования (для мужчин как само собой разумеющееся, для женщин как важное и похвальное: «...когда женщина образованна, она может сделаться украшением дома и всегда будет в нем полезной»), внимательное отношение к вопросам воспитания с юных лет, поддержание родственных отношений, необходимость трудиться. Среди нравственных постулатов – такие качества, как честность, скромность, осмотрительность, умеренность, благоразумие. Особые главы посвящены вопросам учтивости, вежливости, благопристойности.

Молодому человеку, желающему усвоить «привычки, осанку и манеры» светского человека, настоятельно рекомендуется посещать лишь «хорошие общества», «незаметно» приобретая эти внешние качества. Этикет признается именно как знание приличий, умение держать себя так, чтобы заслужить общее одобрение и никаким своим действием или поступком «не оскорбить людской слабости». Основа учтивости, например, по мнению авторов, заключается в добросердечии и выражается в общей внимательности и предупредительности ко всем и к каждому. Среди пятнадцати главных правил учтивости, перечисленных в книге Правила светской жизни и этикета, можно найти следующие: непременно отвечать на поклоны, уступать место дамам и старикам и не спрашивать их о возрасте, не говорить на иностранном языке в присутствии людей, которые не понимают этого языка, «становиться у камина так, чтобы не мешать греться другим», и т.д.

Итак, складывающийся образ светского человека предполагает в его поведении определенный «лоск», не щегольства, но «тренированного», «взвешенного», обдуманного умения держаться, причем не только в обществе, но и наедине с собой, уравновешенности без излишней эмоциональности, «приличной степени самоуверенности» без навязчивости и доверчивости, сдержанного достоинства с «благородством и изяществом в манерах». Подобный образ возникает и по прочтении книги Жизнь в свете, дома и при дворе. Однако есть ряд различий.

Жизнь в свете, дома и при дворе создает впечатление более «легкого чтения», хотя, как ни парадоксально, изложенные в этой книге требования выглядят менее «прикладными» и прагматически направленными и одновременно более строгими в моральном отношении. Объем книги небольшой. Рекомендации слабо детализированы, структура книги менее сложная: четыре отдела («Жизнь в свете»; «Жизнь дома»; «Жизнь вне дома» и «Жизнь при дворе») и «Прибавления», которые составляют краткие справки «О письмах» и «Как должны держать себя в обществе мужчины». Последняя из этих справок довольно значима. Дело в том, что, хотя советы в книге касаются и мужчин и женщин, общая их направленность более «дамская», чем «мужская».

Свое представление об образце поведения «благовоспитанных людей» авторы резюмируют в заключительной части: «Вообще, человек, строго придерживающийся законов благовоспитанности, не только привлекает всех своим изяществом, утонченностью, вежливостью, но в то же время он вырабатывает в себе терпение, снисходительность, приветливость к низшим, почтительность к высшим; у него есть сердце и благородство, он никогда и никого не оскорбляет.

Благовоспитанная женщина пользуется хорошей репутацией, не нарушает декорума, не заставляет говорить о себе. У нее есть подруги и, что еще больше – друзья; она умеет воспитывать своих детей; дом ее мирен, спокоен, благоустроен; она не нуждается в молодости и красоте, обладая и без них вечным очарованием, источник которого мы открыли нашим читательницам в настоящей книге».

Итак, обозначенные книги-учебники дают представление о «классических», «эталонных» образцах поведения, которые хотя и трудно воспроизводимы в современной реальности и в значительной степени отличаются от нынешних оценочных представлений того, «что должно» быть включено в обязательный перечень правил современного светского поведения, тем не менее, знание этой классики позволило бы во многом повысить культуру общежития нынешнего поколения россиян.

Последняя попытка со стороны государства создать в нашей стране современные нормы поведения выразилась в утверждении XXII съездом КПСС в 1961 г. так называемого «Морального кодекса строителя коммунизма», суть многих пунктов которого напоминают заповеди Иисуса Христа из Нагорной проповеди. В любом случае Моральный кодекс оказался слишком кратким, его практически никто серьезно не воспринимал и не изучал. Поэтому результатов его появления никто так и не почувствовал.

О его полезности можно судить по «казенному» содержанию самого текста:

1. Преданность делу коммунизма, любовь к социалистической Родине, к странам социализма.

2. Добросовестный труд на благо общества: кто не работает, тот не ест.

3. Забота каждого о сохранении и умножении общественного достояния.

4. Высокое сознание общественного долга, нетерпимость к нарушениям общественных интересов.

5. Коллективизм и товарищеская взаимопомощь: каждый за всех, все за одного.

6. Гуманные отношения и взаимное уважение между людьми: человек человеку друг, товарищ и брат.

7. Честность и правдивость, нравственная чистота, простота и скромность в общественной и личной жизни.

8. Взаимное уважение в семье, забота о воспитании детей.

9. Непримиримость к несправедливости, тунеядству, нечестности, карьеризму, стяжательству.

10. Дружба и братство всех народов СССР, нетерпимость к национальной и расовой неприязни.

11. Нетерпимость к врагам коммунизма, дела мира и свободы народов.

12. Братская солидарность с трудящимися всех стран, со всеми народами. 

Говоря об исторических аспектах светского воспитания в России, нельзя не отметить, что вопросы улучшения нравственной составляющей человеческого поведения оставались в центре внимания и европейских мыслителей. В этой связи нельзя не упомянуть имена многих мыслителей и философов, включая Гассенди, Юма, Гольбаха, Канта и многих других, которые в своих работах подробно рассматривали вопросы этического роста и духовного совершенствования человека.

Одно из первых американских наставлений по этикету – написанные Джорджем Вашингтоном «Сто десять правил приличного поведения», среди которых были и такие: «не чешись за столом, не ковыряй вилкой в зубах, не дави блох на людях, в противном случае донельзя опрохвостишься в домах сильных мира сего».

Не были обойдены вопросы воспитания даже “Гражданским кодексом Наполеона 1804 года”. Так, центральное место в семейном праве занял интересный по своему смыслу институт главы семьи. Жена и дети в семье обязаны были выказывать послушание мужу в обмен на его “покровительство”. Отец имел все права пользования имуществом не достигших совершеннолетия детей, на пользование имуществом жены или дохода с него.

Власть отца семейства могла приобретать даже административный характер. За непослушание члены семьи могли быть подвергнуты заточению в тюрьму или в исправительный дом. Жену, уличенную в супружеской измене, муж мог единственно по личному усмотрению поместить в тюрьму на несколько месяцев. В качестве своего рода промежуточной меры перед разводом (или заменявшей его) сохранялось католическое правило “отлучения от стола и ложа” в виде “раздельного жительства”. В случае ограничения или полного лишения жены дееспособности муж всегда оставался опекуном.

В кодексе был зафиксирован еще один институт –семейного совета. Поэтому некоторые вопросы (заключение брака, воспитание, наказание детей) требовали также согласования с дедами и бабками. Они же, например, в случае смерти мужа, оставившего беременную жену, назначали ей “попечителя чрева”, который участвовал в управлении имуществами.

В качестве другого примера можно привести роман-трактат Жан Жака Руссо «Эмиль или о Воспитании», который является главным педагогическим сочинением французского мыслителя, целиком и полностью посвященным проблемам светского воспитания человека. Для выражения своих педагогических идей Руссо создал такую ситуацию, когда воспитатель начинает воспитывать ребенка, оставшегося с малолетства сиротой, и берет на себя права и обязанности родителей. И герой романа – Эмиль является полностью плодом его многочисленных усилий как воспитателя.

В связи с проведением «ельцинских реформ» в России среди населения вновь возник интерес к наставлениям по светскому поведению. За неимением современной отечественной литературы на этот счет взоры, как и ранее, обратились на Запад, вследствие чего с начала 90-х годов стали выходить переводы зарубежных книг по этикету. Рассмотрим два характерных издания этого типа.

Одна из них – книга Инги Вольф «Джинсы или смокинг?» Вынесенный в заглавие вопрос задает определенный тон всему изданию. Читателя сразу ориентируют на восприятие ценностей, норм и правил поведения, соотносимых с понятиями «современной светскости» и «динамичного ритма жизни», «коммуникабельности», «мобильности», т.е. ему как бы дают понять, что в данной книге он обязательно получит все необходимые сведения о том, как строить свое поведение в соответствии с лучшими западными образцами.

Оценка другой культуры осуществляется через призму своей собственной – реалиями современной российской жизни. В книге также дается много сопоставлений с правилами приличия других исторических эпох. Сама И. Вольф высказывается по этому поводу следующим образом: «Правила хорошего тона всегда были и наверняка останутся выражением духа времени, соотношения сил, социальной структуры. Современные манеры поведения должны помогать, а не мешать, быть свободными, а не догматичными <...>. Когда я пытаюсь поставить себя на место шестидесяти-, семидесяти- или восьмидесятилетнего человека, мне становится абсолютно ясно, что ему наверняка захотелось бы сохранить привычные для него манеры, хотя бы частично». Автор полагает, что такая книга, объясняя старые и новые правила этикета, может «помочь людям лучше понимать друг друга».

И. Вольф рассматривает правила и нормы поведения с точки зрения их «общеупотребительности» в разных странах. Это своего рода «унифицированные» правила, соответствующие представлениям о критериях современного «цивилизованного общения». «Терпимость, признательность, предупредительность и готовность помочь я рассматриваю как четыре угловых опоры здания, в котором многие будут чувствовать себя комфортно, даже если стены, потолки и окна сконструированы по-разному», – говорит она в начале книги.

Автор делает акцент на проблеме индивидуальных особенностей каждого человека и необходимости их учитывать. Вводится понятие «дистанционных зон» – «интимной дистанции» между людьми, равной расстоянию от 50 сантиметров до 1 метра, «общественной дистанции» – на уровне рукопожатия и до 2 метров, и «социальной дистанции», равной расстоянию, например, между оратором и публикой.

Эти и подобные сведения преподносятся как научно обоснованные, что, вероятно, должно создать изданию определенный «имидж» авторитетности и компетентности. Этой же цели служит алфавитный указатель в конце книги, который позволяет быстро найти нужные справки о различных понятиях и предметах. С помощью указателя читатель может, например, выяснить, что такое «язык жестов», кто кому может «дать закурить», как выглядят «палочки для еды» и как ими нужно пользоваться, что значит соблюдать определенный «климат в производственной сфере», как нужно располагать «малый столовый прибор», произносить «речи и тосты», есть за столом «крабов», «спаржу», «омаров» и т.п.

В целом автор держится дружеского тона в отношении предполагаемого (вероятнее всего, молодого) читателя, делает небольшие отступления и проводит сопоставления современных правил приличия с предшествующими, дает описания казусных ситуаций и советы, каким образом загладить неловкость и принести извинения.

 «Этикет» Э. Вандербильт несколько иного рода, хотя во «внешнем» оформлении есть схожие черты: большой формат, красочная обложка, большой объем. Однако этой книге подошел бы статус не просто универсального объемного пособия, а настоящего «капитального» труда, обстоятельнейшего руководства по этикету, своеобразной энциклопедии, содержащей обширнейшую информацию. Достаточно сказать, что объем книги составляет почти пятьсот страниц текста, набранного мелким убористым шрифтом в две колонки.

Работа И. Вольф впервые увидела свет в 1992 г. в Германии, а Э. Вандербильт – в 1972 г. в США. Разница в двадцать лет – довольно большой срок, если иметь в виду динамику изменения представлений о нормах и правилах поведения в современном обществе. В 90-е годы появились и другие переводы зарубежных книг по этикету.

Еще одна группа книг по этикету, оформившаяся к середине 1990-х годов, – пособия, в которых находят отражение рекомендации и дореволюционных, и советских, и зарубежных изданий, а также вновь сформулированные образцы.

Сборник «Искусство хороших манер: Советы и наставления» представляет собой подборку материалов из отечественных книг, вышедших во второй половине XIX - начале XX в. Среди источников, взятых за основу, есть издания с указанием в качестве авторов (или составителей) Юрьева и Владимирского. Следует напомнить, что именно они подготовили книгу Правила светской жизни и этикета.

Согласно аннотации «книга представляет собой своего рода энциклопедию благородного тона, которая дает ответы на вопросы, повседневно возникающие у нас дома и в обществе, начиная с проблемы, что кому дарить, и кончая такими глобальными проблемами в жизни человека, как выбор жены или мужа». Указывается, что читатель найдет в книге массу полезных советов и, кроме того, любопытные подробности из истории этикета, а также «дюжину правил», как «спастись от хандры» и быть довольным и счастливым в любые времена и в любых обстоятельствах.

В кратком предисловии читателя приглашают включиться в процесс восприятия культурного наследства и оценить по достоинству «мудрость предков», которые полагали «разум, обдуманность, рациональность» в ведении хозяйства и в своем поведении в обществе «главными началами культурного человека»: «...с тех самых пор, как подгоняемые ветром петровских нововведений мужчины и женщины России начали выходить из своих теремов на просторы европейской культуры, с тех самых пор все чаще возникал вопрос о том, что такое жизнь в обществе и дома, и как эту жизнь устроить по законам красоты и морали, чтобы все были счастливы и довольны». Человеческое общение признается основой культуры: «Человек живет среди людей, и его внутреннее благородство зависит от того, какое положение он займет в обществе и как себя в нем поставит. Счастье находится в руках самого человека, оно стоит в прямой зависимости от его характера, бодрости, привлекательности – так прежде полагали многие".

Перечислив использованные в книге издания XIX - начала XX в., составительница причину обращения к ним объясняет следующим образом: «Отличительная черта всех книг о правилах приличия и хороших манерах того времени – их чрезвычайная разносторонность, универсальность. Чего только не найдешь в подобных изданиях». И продолжает свою мысль: «Просматривая как-то одну из таких книг, я обратила внимание на главу о правилах для пешеходов и пассажиров. Помню, тогда подумалось: вот бы наших предков да в сегодняшний троллейбус, куда каждый норовит ворваться первым, не снимая при этом с плеча не только сумки, а подчас и рюкзака, сшибая им всех на своем пути и расчищая таким образом себе «жизненное пространство»».

В приведенном высказывании рюкзак или сумка на плече расценивается не только как знак непочтительности и неуважения к окружающим, но как символ «снижения» нравов в современном обществе по сравнению с нравственными критериями, существовавшими во второй половине XIX - начале XX в. Таким образом, читателю предлагается по возможности вдумчиво и внимательно ознакомиться с изложением «истин наших предков», пытаясь соотнести с сегодняшним днем, может быть, не столько приемы реализации конкретных «этикетных знаков», сколько смысл их применения.

Названия глав и их последовательность также повторяют дореволюционные издания – от общих понятий о нравственном поведении (главы, посвященные вопросам учтивости, благопристойности, «уважения к себе», формирования лучших черт характера, нравственного долга, обязанностей в отношении к ближним и т.п.) до детальных советов о манерах, осанке, движениях, походке, ведении разговоров и благозвучии голоса, приличиях пешеходов, умении сделать из домашнего очага «мирное родное гнездышко», мягкое и уютное, «согретое родительской любовью», где всегда «ждет нежная встреча».

Есть в книге рекомендации «преимущественно для женщин» – о ведении счетов, домашних расходах, «умении хозяйки купить и выбрать».

По мнению автора-составителя, Искусство хороших манер, как своего рода квинтэссенция целого ряда книг по этикету второй половины XIX - начала XX в., раскрывает перед читателем «главный залог преуспеяния и в обществе и дома – это закон экономии, который объемлет все сферы человеческой жизни. Экономия – это ведь не только бережливое расходование материальных средств, но и бережливое расходование своих сил, например, когда ведешь беседу в гостиной. <...> Культурный человек везде и всегда – даже один на один с самим собою – будет соотносить собственную персону с другими людьми и каждый раз задаваться вопросом: а не мешаю ли я кому, не раздражаю ли кого?..».

Складывается образ предполагаемого читателя книги Искусство хороших манер – думающего, интеллигентного, ориентированного на поддержание культурных ценностей, способного оценить юмор, имеющего представление о хорошем вкусе.

Книга Искусство хороших манер вышла в свет в 1995 г. Тремя годами ранее был издан справочник «Правила этикета». Цель его – в сжатой и доступной форме ознакомить читателей с международными нормами поведения в наиболее широком диапазоне встречающихся в жизни ситуаций: «Каждому человеку необходимо получить хотя бы элементарные навыки поведения за столом, в гостях, в транспорте, в театре. По тому, как человек ведет себя за столом, что и какими приборами ест, когда и из каких бокалов пьет, всегда можно определить степень его воспитанности. Умение хозяйки правильно и красиво сервировать стол всегда вызовет уважение гостей. Искусство подобрать и подарить цветы придаст дополнительный смысл вашему букету».

Тридцать главок этого небольшого справочника с минимальным числом иллюстраций (представляющих собой схематические изображения столовых приборов, видов специальных сосудов для коктейлей и напитков, а также план примерной сервировки праздничного стола) задают книге "рабочий" характер. Структура книги довольно проста: правила обращения (знакомство, приветствие и т.п.); правила разговора (в том числе телефонного); правила переписки; нормы поведения на улице, в театре, в православном храме; некоторые советы отдельно женщинам и мужчинам; «супружеская галантность»; правила «домашней» жизни (о гостях, подарках, поведении за столом, сервировке стола); рекомендации по поводу курения; вопросы делового этикета.

В тексте можно обнаружить заимствования из источников дореволюционного периода. Так, глава «В православном храме» представляет собой несколько адаптированный вариант начала третьего раздела книги Жизнь в свете, дома и при дворе.

Советы в справочнике имеют рекомендательный характер, построены по схеме: «Поступайте следующим образом, а таким образом поступать не рекомендуется». Читатель избавлен от необходимости сопоставлять с сегодняшним «мир вещей» прошлого, интерпретировать нормы поведения, т.е. проводить критико-аналитическую работу, имея перед глазами многословные общие объяснения и характеристики различных терминов, моральных качеств, анализ «самоочевидного», исторические экскурсы и другие отступления. Это действительно краткий справочник современных норм поведения.

Возможный образ, складывающийся по прочтении книги, – «среднестатистический» современный городской житель, пользующийся общественным транспортом, не отказывающий себе в посещении театра, имеющий определенный круг знакомых, следящий за своим внешним видом, возможно, заинтересованный в деловой карьере.

Судя по всему, книга адресована неограниченному кругу читателей, независимо от возраста и образования, хотя это вступает в некоторое противоречие с тем фактом, что около 20 страниц текста, т.е. около четверти ее объема, занимают рецепты приготовления напитков, большинство из которых – алкогольные (коктейли, крюшоны, сангари, фиксы, коблеры, хайболы, пунши, глинтвейны и т.п.). Наличие подобного рода информации как бы подчеркивает возникновение новых реалий и тенденций в обществе, ориентацию книги именно на сегодняшнюю публику и ее интересы.

Более яркое и продуманное оформление имеет книга А.И. Чиненного и Т.А. Стоян с несколько претенциозным заглавием «Этикет на все случаи жизни». Судя по аннотации, книга рекомендуется в качестве учебного пособия преподавателям и студентам, изучающим курс культурологии, и «всем, кто стремится стать культурным человеком». В то же время пособие отличается обилием сведений несветского характера (подробный список имен в соответствии с православным календарным указателем; таблица с указанием дней, в которые, согласно православной традиции, не совершается венчание; символические определения юбилеев и свадебных годовщин – от «ситцевой» до «золотой» и «бриллиантовой»; указание символики цветов и красок), афоризмов, изречений, пословиц и поговорок.

Среди изданий, посвященных проблеме этикета, заслуживают также упоминания такие пособия, как Школа этикета: поучения на всякий случай Л.С. Лихачева, Энциклопедия этикета Л.Н. Рукавчук, Этика и этикет Т.Ф. Кругляницо и многие другие.

Все подобные издания отражают тот динамичный и в определенной степени драматичный характер, который приобрел в начале 90-х годов поиск в российском обществе ответа на вопрос, каким же, собственно, должен быть современный образец светского поведения, каких ценностных ориентиров стоит придерживаться гражданам России в сегодняшней непростой ситуации снятия государством с себя ответственности за воспитание населения страны.


Посмотреть и оставить отзывы (69)


Последние публикации на сопряженные темы

  • Общественная польза от частной тюрьмы
  • Имидж, спущенный в канализацию
  • Дело Христоса живет
  • Блогер Соколовский как жертва борьбы кланов
  • Вечность несовременна

    Пришествий на страницу: 550

  • 
    ПРОЕКТЫ

    Рождественские новогодние чтения


    !!Атеизм детям!!


    Атеистические рисунки


    Поддержи свою веру!


    Библейская правда


    Страница Иисуса


    Танцующий Иисус


    Анекдоты


    Карты конфессий


    Манифест атеизма


    Святые отцы


    Faq по атеизму

    Faq по СССР


    Новый русский атеизм


    Делитесь и размножайте:




    
    Copyright©1998-2015 Атеистический сайт. Материалы разрешены к свободному копированию и распространению.