Пол Кокшотт Венесуэла и новый социализм... В июне 2007 года на семинаре в Венесуэле, посвященному испанскому переводу под заглавием «К социализму XXI века», мне задали вопрос: как принципы, изложенные в книге, могут быть применены к процессу установления социализма в этой стране. Я попытаюсь здесь ответить на него.
Ясно, что экономическая модель, разработанная, чтобы решить проблемы зрелой социалистической промышленной экономики – такой как в СССР – не может быть напрямую использована в Венесуэле. Она может только дать людям некоторые представления, чем к каким результатам должен придти процесс перехода к социализму. Она может предупредить их об опасностях некоторых экономических ошибок, сделанных в СССР и Восточной Европе: те, кто не учит уроки истории, обречены их повторять.
Когда общество переходит к социализму, должны быть приняты определенные решения, пройдены какие-то развилки. Если все время поворачивать в неправильную сторону, можно в конце концов попасть в замкнутый круг. Двигаясь к социализму, можно выйти на дорогу, возвращающуюся в капитализм. Хуже всего, что последствия решений в момент их принятия совсем не ясны. Поэтому до самого последнего момента людям может казаться, что они движутся правильным курсом.
Сейчас не место повторять то, что было сказано в книге «К новому социализму». Позвольте только выделить три ключевые особенности зрелого социализма:
1. Экономика основана на тщательном и сознательном использовании трудовой теории стоимости, разработанной Адамом Смитом и Карлом Марксом. Это модель, в которой потребительские товары оцениваются в терминах часов и минут труда, потребовавшегося для их изготовления, а рабочий получает зарплату в трудовых кредитах за каждый отработанный час. Последовательное применение этого принципа исключает экономическую эксплуатацию.
2. Промышленность находится в общественной собственности, работает согласно плану, а не для получения прибыли. Государственные розничные предприятия, к примеру, работают, чтобы выйти на безубыточность, а не получить прибыль.
3. Решения принимаются демократически, как на местном, так и на государственном уровне. Особенно это относится к решениям об уровне налогообложения и государственных расходов. Демократическое принятие решения жизненно важно, чтобы вместо частной эксплуатации не возникла государственная.
Если мы сравним эти условия с сегодняшней Венесуэлой, то увидим, что эти три ключевых особенности надо еще построить. В некоторых моментах движение к социализму еще даже не начиналось, в других страна сделала только несколько первых шагов.
... В период 1930-1970 гг., за исключением военных лет, СССР демонстрировал очень быстрый экономический рост. Постоянно продолжается дискуссия, насколько быстро росла экономика, но все сходятся на том, что она росла значительно быстрее, чем экономика США, с 1928 по 1975 год, замедлившись после этого до американского уровня. К середине 1960-х гг. рост превратил крестьянскую страну, уровень производства которой в 1922 году был сравним с индийским, во вторую в мире промышленную, технологическую и военную силу.
... Хотя советский промышленный рост в 80-е годы замедлился до американского уровня, само по себе это не было катастрофой. В конце концов, в США такой рост (2,5% в год) длился годами без всякого кризиса. Более того, доходы рабочего класса в США прекратили расти после 80-е годов, а в СССР их рост продолжался. Разница была в положении интеллигенции и слоя управленцев в обоих странах. В США разница доходов постоянно увеличивалась, поэтому повышение национального дохода почти целиком шло верхним 10% населения. В СССР разница в доходах была сравнительно небольшой и, хотя доходы повышались у всех групп населения, само повышение было намного меньше, чем в 50-60 годах. Рост в 2,5% расценивался частью советской интеллигенции как невыносимый застой – возможно потому, что они сравнивали себя с менеджерами и специалистами в США и в Германии. Таким образом, в этом классе возникло убеждение, что социалистическая система никуда не годится по сравнению с американской.
... Замедление советского роста было в значительной степени неизбежным результатом экономической зрелости, движением к процентам роста, типичного для зрелых промышленных стран. Мягкая программа мер, направленных на улучшение эффективности управления экономикой, вероятно, немного увеличила бы рост, но было бы нереалистично ожидать в результате показателей 50-60-х годов.
СССР же получил не мягкую программу реформ, а радикальное уничтожение основных экономических структур. Уничтожение объяснялось неолиберальной идеологией. Неолиберальные экономисты, как из СССР, так приезжающие из США, обещали, что как только будет устранена плановая система, а предприятия станут свободно конкурировать на рынке, экономическая эффективность радикально возрастет.
Следующие цифры показывают, насколько деградировала экономика. По ним заметно также, что после 13 лет свободного рынка восстановлено очень немного.
Производство отдельных отраслей промышленности в России в 2003 году по сравнению с 1990 г. (1990 г. = 100)Всего 66
Электроэнергия 77
Газ 97
Добыча нефти 94
Нефтепереработка 70
Черная металлургия 79
Цветная металлургия 80
Химия и нефтехимия 67
Машиностроение 54
Лес и бумага 48
Стройматериалы 42
Легкая промышленность 15
Продукты питания 67
Источник: Госкомстат, 2004. Табл. 14.3.
Если бы экономика продолжала расти хотя бы на самом скромном уровне брежневских лет (допустим, 2,5%), тогда промышленное производство составляло бы 140% от уровня 1990 года. Суммарный эффект 13 лет капитализма оставил Россию с половиной индустриальных возможностей, которые у нее были бы, даже если бы социалистическая экономика развивалась на нижнем пределе возможностей.
Оригинал находится по адресу
http://21stcenturysocialism.blogspot.co ... alism.html
