Научный атеизм: теория и практика > Проблемы и "белые пятна" науки

СЕКРЕТЫ ЙОГОВ

(1/9) > >>

Дедушка Леший:
Статья из журнала "Наука и Жизнь", 1979 год
СЕКРЕТЫ ЙОГОВ И ПРОИЗВОЛЬНАЯ РЕГУЛЯЦИЯ
РАБОТЫ ВНУТРЕННИХ ОРГАНОВ
Доктор медицинский наук В. Бахур

Когда говорят о йогах, это в первую очередь ассоциируется в нашем сознании с разного рода «чудесами». Кому не известно, что йоги по многу дней могут обходиться без пищи и питья, способны убыстрять, замедлять биение сердца, не испытывать боли и т. д.
А между тем йога — это не только и не столько такого рода трюки, это прежде всего одна из древнейших ортодоксальных идеалистических философских систем Индии— так называемая йога Патанджали (по имени древнеиндийского философа, ее основоположника); ее сторонники считают своей жизненной целью стремиться к особого рода «освобождению» духа от уз плоти, к достижению максимальной его свободы, стоящей «вне зла и страданий». Путь к этой цели, по учению йоги, весьма сложен. Он включает в себя различные по «очищению» тела и ума, по полной гармонии и внутри себя и с окружающим миром.
Однако, в современной Индии наряду с йогами-философами, проповедующими учение йоги как путь служения богу, существуют многочисленные йоги-миряне, которые отбрасывают все идеалистическое, все мистическое в этом учении, а берут лишь то, что связано с вопросами телесной гигиены и физического здоровья человека. Это так называемая хатха-йога.
В Индии занятия по системе хатха-йога проводятся в школах, высших учебных заведениях. Множество инструкторов, обучавшихся в Индии, работают сейчас в Европе и в Америке. Термин «йога», таким образом, сейчас широко употребляется и в самом общем смысле как учение и метод управления человеком своими ми и физическими функциями.


МОЖНО ЛИ НАУЧИТЬСЯ ВЛИЯТЬ НА ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СВОЕГО СЕРДЦА?

Что может сказать   современная   наука   и в первую   очередь физиология об упоми-«чудесах» йогов? Откуда у йогов власть над собственным  телом?  Моли такие же способности развить у себя человек,    не    занимающийся    по    системе йогов?
Попробуем ответить на эти вопросы. Издавна принято делить все функции человеческого организма на так называемые соматические, то есть подвластные контролю нашего сознания (например, движения конечностями), и вегетативные, «растительные», независимые от нашей воли, совершающиеся как бы чисто автоматически — К ним принадлежит деятельность внутренних органов, желез внутренней секреции. Считалось, что высшие вегетативные центры, располагающиеся в подкорковых областях мозга, никакой связи с корой мозга, ведающей нашими произвольными функциями, не имеют. Именно благодаря этому, как писал один из выдающихся физиологов первой половины XX века, В. Кеннон, кора мозга бывает освобождена от такой «черновой» работы в организме, как регуляция «внутреннего его хозяйства», для более высоких целей — мышления, психической деятельности вообще... А между тем медицинской науке уже с древних времен было известно о влиянии «души» на «тело», об изменениях работы внутренних органов в зависимости от состояния психической сферы человека.
Еще древнегреческий врач Гиппократ писал о сердцебиении при нервном возбуждении, знаменитый врач средневековья Авицена — о нарушениях со стороны сосудистой системы и желудочно-кишечного тракта при сильных эмоциях. Да и каждый на своем собственном опыте знает, как колотится сердце при волнении, как оно «замирает» при страхе, как краснеет лицо от стыда и т. д.
Разгадка механизмов влияния психики на деятельность внутренних органов принадлежит нашему великому физиологу И. П. Павлову и его ученикам. Именно они показали в экспериментах на животных возникновение разнообразных во «внутреннем хозяйстве» организма срывах высшей нервной деятельности, возможность условнорефлекторным путем изменить деятельность сердца, желудка, почек, легких.
Вот один из примеров. Перед глазами человека зажигают синюю лампочку, а в это время его руку охлаждают холодной водой, затем, зажигая красную, согревают теплой. При охлаждении, как известно, кровеносные сосуды сужаются, и рука становится бледной, при согревании, наоборот, она краснеет, ибо сосуды расширяются. Если этот опыт повторять, то через какое-то время одно лишь зажигание лампочки (без сопутствующего охлаждения или согревания водой) будет вызывать побледнение или покраснение руки. Условный леке образовался: сужение и расширение сосудов теперь зависит от протекания нервных процессов в коре головного (ведь это в ней располагаются анализаторы, в том числе и зрительный).
Итак, функцию, считавшуюся совершенно независимой от нашей воли, оказалось возможным перевести в разряд управляемых корой мозга. Такого рода эксперименты и дали основание И. П. Павлову утверждать, что «в коре вместе с грандиозным представительством внешнего мира имеется также и широкое представительство внутреннего мира организма».
Подобными опытами И. П. Павлов заложил основы для разработки методики обучения животных, а затем и человека произвольной регуляции деятельностью внутренних органов. Первым этим занялся профессор Н. Миллер (США), считающий себя последователем И. П. Павлова. Однако, чтобы такое обучение происходило, следует обязательно подкреплять интересующие нас изменения (как это делает дрессировщик, подкрепляя, например, сахаром каждый успех своего питомца). Для такого подкрепления может использоваться так называемая система обратной связи. Попросту говоря, мозг должен каким-то образом получать подтверждение, что его усилия по обучению идут в нужном направлении, что изменения функции того или другого внутреннего органа соответствуют поставленной задаче.

Дедушка Леший:
Такие эксперименты Н. Миллер и его сотрудники ставили следующим образом. Животному (чаще всего это были крысы) вживлялись в глубинные отдела мозга электроды: через одни из них можно было раздражать мозговые центры, вызывающие чувство удовольствия,— так называемые «центры удовольствия», а через другие – центры, отвечающие на раздражение, наоборот, какими-то неприятными ощущениями,— «центры наказания». (Такие центры, как известно, были открыты физиологами в 1953 году.) При этом у подопытных животных регистрировалась какого-либо органа, какой-либо системы организма: частота импульса, расширение или сужение сосудов, перистальтика и т. п. записывались на бумажной ленте, так что экспериментатор все время видит, как изменяются в ходе опыта те или иные показатели. А известно, что эти показатели не бывают строго постоянными. Поэтому, следя, например, за частотой пульса у подопытного животного, экспериментатор, как только видел, что пульс несколько убыстрился, раздражал «центры удовольствия» в мозге животного и, наоборот, при замедлении пульса посылал электрические импульсы к «центрам наказания». Через некоторое время у животного частота пульса     становилась    устойчиво увеличенной. И такой учащенный пульс может держаться на   протяжении   нескольких месяцев после прекращения опытов.
Этим методом Н. Миллеру и его сотрудникам удавалось обучить одну группу животных учащать пульс, другую, наоборот,— замедлять его, третью группу — усиливать, а четвертую — ослаблять перистальтику кишечника, повышать или снижать кровяное давление, увеличивать или уменьшать выделение слюны, мочи и т. п. Более того, обучить кролика на одном ухе расширять, а на другом — сужать кровеносные сосуды!
Какими путями происходит такое обучение? Происходит ли при этом прямое влияние коры мозга на вегетативные центры, ведающие функцией внутренних органов, или это воздействие опосредуется включением других систем, подвластных нашему сознательному контролю, например, через деятельность мышц? Ведь известно, что частоту сердечной деятельности можно изменить волевым усилием, задерживая или убыстряя дыхание, напрягая или расслабляя мышцы тела и т. п. Н. Миллер знал об этом, знал он, в частности, и то, что такие механизмы используют йоги, демонстрируя свои «трюки» (об этом немного позже). Поэтому он и решил в экспериментах исключить подобные влияния.
С этой целью животным перед опытом стали вводить кураре — яд, блокирующий ацетихолин, вещество, которое служит передатчиком импульсов в нервных стволах соматической нервной системы, блокирующий любые мышечные движения. На вегетативные пути и на высшие мозговые механизмы кураре не действует. Оказалось, что при данной методике животные еще легче обучались влиять на работу своих внутренних органов.
Значит, это висцеральное обучение (от латинского слова viscera — внутренности) минует соматические механизмы, в том числе и деятельность мышц, и является непосредственным. Более того, импульсы со стороны мышц, видимо, мешают такому обучению. Этот «посторонний шум» (как теперь принято говорить в работах по кибернетике), поступающий в мозг от огромного чувствительного поля мышечной системы тела, представляет собой, по мнению Н. Миллера, своеобразные «помехи», и, когда их исключают с помощью кураре, кора мозга, видимо, легче и свободнее вмешивается в регуляцию деятельности внутренних органов.
Вскоре после этих интереснейших экспериментов встал вопрос: можно ли подобным путем обучить и человека произвольно влиять на такие функции, как деятельность сердечно-сосудистой системы, желудка, кишечника, почек? Оказалось, что можно.
Организация эксперимента в клинике в принципе не отличалась от того, как это делалось в опытах на животных. Сначала постоянная регистрация той или другой функции: например, уровня артериального давления или частоты пульса. А затем каждый раз, когда показатели случайно отклонялись в нужную сторону — немного учащался пульс или снижалось артериальное давление,— производилось поощрение. Естественно, здесь не было вживленных в мозг электродов. Все было проще: на экране перед больным показывали на несколько мгновений что-нибудь для него приятное, либо врач просто хвалил в этот момент своего пациента.
Так врачам удалось научить больных с нарушениями сердечного ритма нормализовать его, например, больных с тахикардией (стойким учащением сердечных сокращений) замедлять пульс.
Очень интересными оказались опыты, в которых человека обучали влиять на характер электрических колебаний своего мозга, то есть на электроэнцефалограмму. Известно, что в норме у человека регистрируется в основном так называемый альфа-ритм (8—12 колебаний в секунду) и бета-ритм (14—30 колебаний в секунду). Альфа-ритм преобладает в задних отделах мозга и бывает наиболее четко выражен при спокойном состоянии человека, особенно если он сидит или лежит с закрытыми глазами. Бета-ритм наиболее значительно выражен в передних отделах мозга и усиливается, если человек находится в деятельном, несколько возбужденном состоянии. И вот оказалось, что можно обучить человека произвольно изменять электрическую активность мозга, сделать, например, так, чтобы альфа-ритм стал преобладающим не только в задних, но и в передних отделах мозга и не при лежании с закрытыми глазами, а в бодрствующем состоянии.
И еще одно: подтвердился и в наблюдениях на людях тот факт, что избыток импульсов со стороны мышц тела мешает обучению. Оказалось, что больных с параличом (например, с повреждением спинного мозга после травмы) легче обучить воздействовать на деятельность своих внутренних органов, чем абсолютно здоровых людей.
Чтобы поддерживать деятельность тех или других органов на новом уровне, достигнутом при обучении, его периодически надо повторять, ибо со временем такая способность организма постепенно снижается и утрачивается.
Какие конкретные нейрофизиологические механизмы лежат в основе висцерального обучения? К сожалению, не все тут еще совсем ясно. Сами испытуемые не могут ответить на вопрос, как им удается, например, воздействовать на свое сердце, не могут дать отчет о том, что они для этого «делают». Некоторые из них говорят, что в процессе эксперимента они просто стремятся к отдыху и расслабленности, другие — что они пытаются «усилием мысли» что-то «расшатать», «раскачать» в своем теле... Таким образом, механизмы висцерального обучения остаются ниже порога сознания. Это естественно, ибо ниже этого уровня происходит и все управление «внутренним хозяйством» организма.
Имеет ли такое обучение какие-либо пределы или же все в нем возможно? Нет, природа такой неограниченности не допускает. В частности, в организме мало подчиняется произвольному управлению то, что может представить опасность для его существования. Так, научиться произвольно убыстрять частоту сердечной деятельности значительно легче, чем замедлять ее. А все дело в том, что замедление сердечной деятельности для организма более опасно, чем убыстрение, ибо оно ухудшает снабжение кровью всех его органов, в том числе и
мозга и самого сердца. Известно, что при произвольном замедлении пульса погибали уже такие тренированные в этом деле люди, как йоги. И опыты на животных, которых обучали замедлять сердечную деятельность, иногда кончались их гибелью, чего никогда не случалось с животными, обучавшимися учащать пульс.
Интерес в связи с этим представляют эксперименты советских физиологов (1969 год), пытавшихся выработать у собак условнорефлекторную остановку сердечной деятельности. Чтобы добиться цели, ученые сочетали раздражение блуждающего нерва (который замедляет сокращения сердца и даже может его остановить) с каким-либо индифферентным раздражителем, например, со звонком. И вот оказалось, что после 35—50 таких сочетаний вместо замедления сердечной деятельности возникала реакция противоположного типа: сердечная деятельность усилилась и повысилось артериальное давление. И эта реакция оказывалась очень стойкой. Организм как бы перехитрил экспериментатора, противопоставив его действиям, опасным для самого существования животного, выраженную и стойкую защитную реакцию.

Дедушка Леший:
О «СЕКРЕТАХ» ЙОГОВ

Какие механизмы лежат в основе произвольного влияния йогов на функции внутренних органов — те ли, о которых шла речь, или какие-либо иные? Исследования, проведенные в последние годы, показали, что эти механизмы и способы весьма разнообразны. Расскажем о некоторых из них.
Особое внимание ученых уже давно привлекают заявления некоторых йогов об их способности останавливать свое сердце. Действительно, что можно сказать, увидев следующее: вот йог делает несколько специальных упражнений, после которых пульс на его руке не прощупывается, артериальное давление не определяется, сердечные тоны не выслушиваются. Так что — сердце действительно остановилось?
Первым врачом-кардиологом, попытавшимся применить для обследования такого йога современную медицинскую технику, была француженка Тереза Броссе. В 1935 году при помощи портативного электрокардиографа она обследовала йога Кришнамахарья из Мадраса. Электрокардиограмма записывалась в одном отведении. И вот что зафиксировала Тереза Броссе: во время опыта у йога не только не определялся пульс на руке и не выслушивались тоны сердца, но и электрокардиограмма представляла собой прямую линию, что говорило об остановке деятельности сердечной мышцы...
В 1961 году индийские врачи из Нью-Дели уже более тщательно обследовали трех йогов, заявлявших о своей способности останавливать сердце. На этот раз электрокардиограмма записывалась в нескольких отведениях и более совершенным аппаратом, велось также и рентгеновское исследование сердца. И что же? Оказалось, что хотя во время опыта пульс и кровяное давление у йогов действительно не определялись, а сердечные тоны не прослушивались, однако электрокардиограф писал практически нормальные кривые. Рентген отмечал некоторое уменьшение поперечника сердца, но показывал его сокращение. Значит, сердце не останавливалось, изменялась лишь его деятельность в такой мере и форме, что это сказывалось на ряде внешних ее проявлений.
Наблюдая за методикой, которую применяли йоги во время своих опытов, врачи раскрыли механизм этих изменений. Двое из йогов, несколько раз интенсивно вдохнув, задерживали затем дыхание на стадии глубокого вдоха или выдоха, сильно напрягая при этом мышцы глотки, груди, живота. Этим способом они резко повышали давление в грудной полости, из-за чего значительно снижалось поступление венозной крови к сердцу. В результате сердечные полости недостаточно наполнялись кровью, и сердечные сокращения оказывались неполноценными: пульс на периферических артериях не прощупывался, артериальное давление на них не определялось, а сердечные тоны были настолько ослабленными, что полностью маскировались шумом, исходившим от напряженных мышц грудной клетки.
Весь этот механизм оказался идентичным хорошо знакомому врачам и физиологам феномену Вальсальвы, только в значительно более выраженной форме. Проба Вальсальвы, предложенная выдающимся итальянским хирургом и анатомом Антонио Вальсальной (1666—1723) для исследования проходимости евстахиевых труб при ушных заболеваниях, стала в последующем применяться врачами для определения функционального состояния системы кровообращения у человека. Принцип ее заключается в том, что усиленное натуживание при задержке дыхания повышает внутригрудное давление, что препятствует притоку крови к сердцу. В результате уменьшается объем сердечных сокращений, снижается артериальное давление, рентгенологически отмечается уменьшение размеров сердца. На основании степени этих изменений и судят о функциональных способностях сердца у обследуемого человека.
Многолетняя тренировка указанного механизма (естественно, найденного йогами эмпирическим путем) позволила обследованным йогам добиться таких результатов, которые для нетренированных людей недостижимы и недопустимы, ибо приведут к обмороку или даже к смерти.
Третий йог применил «для остановки сердца» несколько иной механизм: он резко втягивал живот, поднимал вверх диафрагму. Электрокардиограмма у него изменялась более значительно, резко замедлялся пульс, но сердечная деятельность также не прекращалась. По-видимому, этим методом йогу удавалось резко повысить тонус блуждающего нерва, который, как уже говорилось, замедляет сердечную деятельность.
Но вот что особенно интересно: эти же врачи нашли и обследовали йога Кришнамахарья, демонстрировавшего в 1935 году «остановку сердца» Терезе Броссе. Теперь ему было 67 лет. Он согласился продемонстрировать способ, какой он применял в присутствии Терезы Броссе, но заявил, что слишком стар, чтобы делать это без предварительной месячной тренировки. И оказалось, что это тот же способ с повышением внутригрудного давления. Наблюдения дали основания врачам из Нью-Дели считать, что прямая линия на электрокардиограмме, полученной Терезой Броссе в 1935 году,— результат всего лишь каких-то технических погрешностей.
Итак, индийские врачи показали, что остановка сердца йогами — миф, речь идет лишь о хорошо оттренированных давно известных медицине феноменах.
Подверглись обследованию современными клиническими методами и йоги, способные переносить многодневное пребывание в «могиле».
Наиболее тщательные исследования в этом отношении были проведены в 1968 году, когда обследовался один йог-профессионал, один здоровый мужчина, тренировавшийся в течение трех лет по системе дыхания йога (пранаяма), и два здоровых человека, не имеющих никакой практики в специальных дыхательных упражнениях. (Кстати, следует отметить, что снижение уровня кислорода не играет такой отрицательной роли, как повышение уровня углекислоты. Многие физиологи вообще считают, что снижение кислорода в воздухе почти до 12%, а по некоторым данным даже до 9% не вызывает очень больших нарушений в организме. Так что находящемуся в яме, вырытой в грунте, и засыпанному землей обычно не грозит удушье именно от недостатка кислорода, ибо он в определенном количестве проникает в яму через поры грунта.).
Йог пробыл в яме 18 часов, контрольные испытуемые — около 14 часов. Исследования показали, что у всех испытуемых, а не только у йога-профессионала, потребление кислорода снизилось по сравнению с нормальными условиями. Более того, человек, тренировавший свое дыхание по системе пранаяма, показал более высокую акклиматизацию к «условиям ямы», чем йог-профессионал!
В чем же тут дело? Уже давно физиологам было известно, что если человеку давать дышать воздухом с повышенным содержанием углекислоты, то наступает угнетение корковых и подкорковых структур мозга, которые ведают мышечным тонусом, активностью внутренних органов и желез внутренней секреции. А это, в свою очередь, приводит к снижению потребления организмом кислорода. Поэтому ученые и считают, что снижение потребления кислорода организмом в условиях «ямы» является нормальным физиологическим явлением, обусловленным повышением в ней концентрации углекислоты. Такое объяснение подтверждается и тем фактом, что подвергавшийся исследованию йог не смог продемонстрировать такое же снижение потребления кислорода, находясь вне ямы. Различие же в степени потребления кислорода между йогами и «простыми людьми» зависит в основном лишь от разной тренированности дыхательной системы.
Ряд других исследований, проведенных в последние 15—20 лет в Индии на йогах, а также в Японии на некоторых представителях касты дзен-буддизма, которые тоже славятся своими «чудесами», показал, что в стадии глубокого сосредоточения, самоуглубления (ее называют глубокой стадией медитации), в их организме наблюдаются довольно значительные изменения. У них не только снижаются обменные процессы, но снижается чувствительность кожи к электрическим раздражениям. В это же время обнаруживаются очень интересные изменения на электроэнцефалограмме: развивается преобладание альфа-ритма во всех отведениях и особенно в лобных и центральных областях, где он обычно мало выражен, несколько снижается его частота, появляются еще более редкие колебания — так называемый тета-ритм. Йог сидит напряженно сосредоточенный, глаза его открыты, а электрические колебания в мозгу у него такие, словно он лежит спокойно с закрытыми глазами и готовится перейти ко сну,..
Ту же картину наблюдали американские врачи, когда в 1972 году они очень тщательно обследовали 36 человек, занимающихся в США по получившей там широкое распространение особой йогической системе — так называемой системе трансцендентальной медитации.
В ходе опытов выяснилось, что, хотя это состояние имеет некоторые общие черты с тем, что бывает в определенных стадиях сна, гипноза, висцерального обучения, в целом оно не тождественно ни одному из них. Особо подчеркивается, что переход к такому состоянию у йогов совершается очень быстро, в течение нескольких минут, так что тут не может идти речь и о каком-то полусонном, дремотном состоянии. Полагают, что это особый интегрированный, или всеобъемлющий висцеральный рефлекс, осуществляемый через центральные мозговые структуры по механизмам самовнушения, как бы особого характера самогипноз.
Кстати, особенности протекания обменных процессов при медитации заставили некоторых авторов искать определенную аналогию между этим состоянием и зимней спячкой млекопитающих, во время которой также резко снижается обмен в организме животного.
Интересно, что при спячке в мозгу животных сохраняется постоянно бодрствующий пункт, благодаря чему спячка может быть немедленно прервана, если в окружающей среде происходят определенные изменения. Так, если находящегося в состоянии спячки ежа или суслика охлаждают, он обязательно проснется, если летучую мышь перевернуть вверх головой, она, не просыпаясь, вновь повернется в прежнее положение. А ведь йоги тоже заявляют, что в стадии глубокой медитации, стадии самадхи у них все тело погружено в глубокий сон, а мозг, разум, сознание находятся в состоянии особого типа бодрствования, особого сосредоточения.
Конечно, аналогия между медитацией и зимней спячкой очень относительная, но сопоставление этих состояний помогает приблизиться к выяснению некоторых механизмов в практике йогов.
Итак, в основе воздействия йогов на функции внутренних органов, на обменные процессы в организме лежат разнообразные механизмы: тут и сравнительно простые, но хорошо оттренированные способы, сходные с применяемыми с давних пор в физиологии и клинике, и особым образом поставленная тренировка дыхания, и, наконец, механизмы, сходные с теми, что наблюдаются при самовнушении, самогипнозе, а также висцеральном обучении.
Так что же, все секреты йогов разгаданы? Загадок больше нет? Да, можно сказать, что нет или, вернее, почти нет.
Врачам медицинского колледжа в Удайпуре удалось уговорить йога Сатьямурти провести свой знаменитый эксперимент с «погребением», но под врачебным наблюдением и с контролем за некоторыми физиологическими функциями. Йог находился в яме на этот раз в течение 8 суток. Пищи он не получал. В начале эксперимента 6 яму поставили сосуд с 5 литрами дистиллированной воды, которая, по словам йога, была нужна не для питья, а для увлажнения воздуха в яме. Половина этой воды осталась в сосуде к концу опыта. Температура воздуха в яме колебалась между 24 и 33° по Цельсию.
Когда через 8 суток яму открыли, йог сидел в той же позе, что и в начале опыта.
Однако теперь у него было состояние ступора, он плохо реагировал на все окружающее. Температура тела была значительно снижена: 34,8° (в начале опыта она составляла 37,2°). Сразу же после вскрытия ямы у йога началось резкое дрожание всего тела, длившееся 2 часа, после чего температура нормализовалась. За время опыта йог похудел на 4,5 кг, в крови появились некоторые изменения — снижено количество сахара, повышено содержание мочевины. Особо подчеркнем, что это говорит о том, что обменные процессы в его организме в период пребывания в яме не только не прекращались, но даже резко не снижались.
Интерес представляло значительное понижение температуры тела йога, которое нельзя было объяснить просто охлаждением (напомним, что температура в яме не падала ниже 24° по Цельсию). Врачи решили, что снижение температуры тела происходило по тем же центральным механизмам, как это наблюдается в период зимней спячки у млекопитающих, то есть в результате изменения деятельности глубинных структур мозга, в частности гипоталамуса.
Совершенно неожиданными оказались данные электрокардиографии (а электрокардиограмма регистрировалась у йога в течение всех 8 суток с небольшими интервалами). Уже через 2 часа после «погребения» началось постепенно нарастающее учащение сердечной деятельности, достигшее к вечеру первого дня 250 ударов в минуту! Так длилось до вечера следующего дня, когда, к удивлению врачей, электрокардиограф стал писать прямые линии...
Это могло свидетельствовать либо о повреждении аппарата, либо об отключении электродов, либо о смерти йога. Аппарат оказался в полной исправности. Испуганные врачи решили прекратить эксперимент и срочно откопать йога, но ассистент его, находившийся рядом с врачами в качестве наблюдателя, заявил, что этого делать не следует, ибо йог жив, но просто «остановил сердце»... Эксперимент продолжался, электрокардиограф продолжал писать прямые линии. И вот на восьмой день, примерно за полчаса до намеченного заранее прекращения эксперимента, на электрокардиограмме вновь стали регистрироваться колебания, свидетельствующие о сердечной деятельности с частотой 142 сокращения сердца в минуту!
Что явилось причиной исчезновения электрических колебаний на электрокардиограмме, осталось неясным. Можно было думать об отключении и последующем подключении электродов самим йогом, но ведь для этого надо было быть хорошо знакомым с техникой электрокардиографии (тем более, что записывалось 12 отведений!). Да и как бы смог йог подключить электроды на восьмой день, когда он находился в состоянии ступора?
Но, конечно, абсолютно абсурдной выглядит и мысль об остановке сердца, ведь зафиксировано, что все обменные процессы у йога продолжались в течение всего периода пребывания в яме!

Коля:
Статья мне понравилась своей толковостью, в отличие от той, на которую была ссылка где-то рядом (кажется в теме про левитацию). Спокойная и по теме.

Nussi:
Статья честная. Так что же получается, все-таки могут йоги останавливать сердце? Как же тот лама, которого откопали через 75 лет, тоже остановил? Кто знает?
Короче наша наука не доросла еще до йогов. Думаю, с остановкой сердца дело объяснится материалистически со временем. А вот вопрос о "душе" меня интересует.

Навигация

[0] Главная страница сообщений

[#] Следующая страница

Перейти к полной версии